1

Большие умные глаза неподвижно следили за движением рук, тонкая стелечка языка свесилась из полуоткрытого рта. Саша не любила собак, они воняют, шерсть летит клочьями, к тому же могут цапнуть за ногу или руку — мало не покажется. Вот и этот пёс, неожиданно выскочивший из-за остановки, напугал её неясностью намерений. Она оглянулась в надежде увидеть хозяина собаки, любого человека, который придёт на помощь, если собака вдруг нападёт. Но, как назло, автобус только ушёл, и на остановке никого кроме Саши с собакой не было.

— Ну что смотришь? — неуверенно спросила Саша.

Всё-таки выразительный взгляд собаки говорил о наличии интеллекта и может даже воспитания. Ей хотелось верить, что собака не замышляет ничего плохого. Словно услышав её тревогу, пёс опустился на задние лапы, показывая добродушие нрава. Он сидел посреди остановки в трёх метрах от Саши, полностью погрузившись в разглядывание девушки. Она смутилась от такого обилия внимания, собака — огромный мохнатый сенбернар — расположилась не боком, смотрела не в сторону, думала не о косточках и сучках, нет, — всё внимание собаки было приковано к ней — Саше.

Он, а это был кобель, судя по меховому мешку в паху, добродушно хлопал грустными карими глазами. Как-будто не было между ним и Сашей видовых различий, не было барьеров, объясняющих неравенство положений, не было девушки и собаки и невидимой стены, мешающей им общаться. А были только он и она, и эти умные грустные глаза, выразительные во всей своей красе, неподвижные, подсказывающие.

— Ну и где твой хозяин? — Саша больше не боялась собаки. Улыбаясь, она повернулась к нему лицом, встала так, чтобы всем своим видом выразить готовность к доверительной беседе. До сих пор она избегала прямого общения, чтобы не провоцировать мохнатого зверя. Но события последних трёх минут полностью перевернули её представление о собачьем мире. Она искала друга, всё это время она жила в одиночестве. У неё было полно знакомых, любимый человек и даже люди, претендующие на звание «лучший», окружали её, но всё это ни в какое сравнение не шло с магией безмолвного общения, с волшебством невербальной связи, возникшей между ней и этим гигантом. За какую-то минуту её отношение к собакам перевернулось от абсолютного безразличия и даже отвращения к полной безоговорочной капитуляции. Она влюбилась в эту собаку, захотела найти ей хозяина, покормить, утешить мишку. Она горела желанием ухаживать за ним.

Словно услышав мысли одинокой незнакомки, сенбернар поднялся, медленно подошёл, повиливая хвостом, и лизнул Сашу в руку. Он сделал это так нежно и с таким благородством, что дальнейшие слова были излишни. Саша задрожала от необычайного восторга, охватившего её. Этот большой мохнатый зверь хотел дружить, искал хозяина, временное пристанище. И она поможет ему, чего бы ей это не стоило. Она приютит его, пускай и на время. Она станет его временной хозяйкой, она не даст ему замёрзнуть, изголодать. Он пойдёт за нею, будет слушаться, и она позаботиться о нём.

— Пойдёшь со мной? — Саша с замиранием сердца следила за медленным покачиванием Сени. Тот выдвинулся за ней. Сеня-сенбернар, так она про себя окрестила его, этого необычного во всех отношениях пса, который и внешним видом, и всем своим существом никак не вписывался в её представление о собаках. Это был мохнатый мишка метрового роста, с широкой грудиной, огромной милой мордой, белой грудкой, животиком и хвостом. Бурая спина начиналась с белой холки, переходила от чёрных пятен на лопатках к светлым бежевым проталинам по бокам задних лап. Морда у Сени тоже смешала в себе триколор: белое обрамление чёрной блестящей шишки носа спускалось по усам, уходило вверх сплошной полосой. Яркие бусины карих глаз выглядывали из-под чёрных бровей. Там, где белый цвет встречался с чёрным, цвет этот вновь растекался по голове от тёмно-бурого к бежевому возле ушей, которые имели светло-чёрный окрас. Вся эта мешанина красок, как-будто неосознанно разлитая по шерсти, несла в себе очевидный замысел эволюции: создать уникальный образец красоты.

2

Саша по профессии была художником-дизайнером, её всегда восхищало совершенство форм и цветовой компановки, возникшей в природе. Первый испуг уступил место восхищению. Она вела Сеню к себе домой как дорогого гостя, уставшего с дороги. Невероятно умное создание зашло вместе с ней в лифт, без малейшего колебания проследовало в квартиру и только здесь уселось выжидательно на пол. Сеня несомненно хотел показаться вежливым и ненавязчивым. Саша впервые протянула руку и потрепала холку. Он довольно высунул язык, взглянул на неё из-под отеческих бровей, как бы говоря: «Приятно познакомиться!»

— Сейчас я дам тебе покушать, потерпи, — засуетилась Саша. Она метнулась к холодильнику и тут же вспомнила, что сначала надо бы дать собаке воды. Глубокая миска, никогда не знавшая шершавых языков, очутилась под носом у Сени. Он с жадностью принялся лакать, чем крайне обрадовал новую хозяйку. Она уже чувствовала, что не зря сорвалась с работы, поломала все свои планы ради одного этого момента счастья — союза человека и собаки. Сеня вёл себя так тихо и подобострастно, что она даже испугалась. «Неужели собаки бывают такие умные?» — терялась она, поглядывая в сторону деловито разлёгшейся на пол-коридора собаки.

— Знаешь что, ты подожди меня здесь. А вечером я приду. Ты только ничего не ломай ничего и не грызи. Хорошо? — она с сомнением посмотрела ему в глаза. Она как-будто засыпал. Сытый, утоливший жажду, в тепле — он быстро погружался в расслабленный сон.

Саша выскользнула за дверь и тихонечко прикрыла за собой дверь. Что-то подсказывало ей, что квартира теперь в надёжных лапах.

3

Она вернулась в пять, отпросилась у начальника. Сеня встретил её ласковым повизгиванием. Как такой мишка умудрялся издавать столь нежные звуки не укладывалось в голове. Во время обеда Саша заскочила в магазин и купила ошейник с поводком, наспех проконсультировавшись с продавцом, чем лучше кормить и как ухаживать за сенбернаром. Весь день пролетел на одном дыхании, она хотела поскорее вернуться домой. «Как он там? Скучает, небось. Как бы не натворил чего», — волновалась она.

Напрасно. Сеня вилял хвостом, тыкался мордой в колени, сонно потягивался, выгибая спину. Для этого он вытягивал передние лапы вперёд, опускался грудью на пол. Умные глаза его в этот момент горели благодарностью, от такого общения голова шла кругом, Саше хотелось петь и танцевать. Наблюдать, как Сева кушает, как он сладко зевает, как развалисто садится на пол бочком — всё в этом мишке вызывало в ней тайный восторг. Он был настолько совершенен в своём умении вести себя прилично, что Саша чувствовала себя неловко, ухаживая за ним. Она ведь ничего не знает, что делать да как, думала она. Большой собаке нужен особый уход, держать такую в квартире — невероятно трудно. По заверениям продавца-консультанта лучше найти предыдущего хозяина как можно скорее или просто сдать собаку в приют. Мысли об этом вызывали у Саши болезненное чувство тоски, как-будто её собираются лишить ребёнка. В первую ночь она засыпала, тревожно думая о скором расставании с Сеней, возможно уже завтра во время очередного выгула.

4

Она прожила в неведении неделю, не желая думать о плохом, заглядывать на доску объявлений возле магазина. Она выгуливала Сеню с постоянным чувством страха непременной встречи с предыдущим хозяином. Как поведёт себя Сеня? Неужели бросит её, переметнётся назад, напрочь забыв про неё? Она не хотела думать об этом, но приходилось рассматривать и такой вариант.

Саша жила одна в квартире, доставшейся ей от бабушки по наследству. Уже больше года она встречалась с парнем — замечательным молодым человеком по имени Ярослав. Когда бойфренд Саши узнал о новом друге, то крайне удивился.

Виданное ли дело, Саша, которая на дух не переваривала даже морских свинок, вдруг завела себе огромного сенбернара. В следующий раз, когда он заехал за Сашей, чтобы свозить её в театр, он впервые столкнулся с грозной псиной. Та сидела, затесавшись в угол коридора, хмуро поглядывая в его сторону из-под мохнатых бровей.

— Он ревнует! — вырвалось у Ярослава. Такой выразительный взгляд собаки поразил его откровенностью человеческих эмоций.

— А ты как думал! — радостно откликнулась Саша из комнаты. Она заканчивала последние приготовления: лёгкий запах лаванды, блеск губ, сладкий, липкий, берегущий от обветривания, нанеслись ровными штрихами, подчеркнули индивидуальность.

У Саши были зелёные глаза — редкий цвет в наших краях. В сочетании с чёрными блестящими, как крыло ворона, волосами, которые обхватывали её головку двумя ровными лепестками каре, она выглядела как минимум неординарно. Долговязый Ярослав зачарованно следил за плавными движениями подруги. Она ни на шаг не отступила от своего извечного имиджа чёрной королевы: чёрные штаны, водолазка, сапожки с острыми носами на шпильке. Всё в этой девушке странным образом напоминало ему Тринити из «Матрицы». Даже характер у Саши бы такой же острый и загадочный. Она могла в любой момент сорваться из театра и потащить его за собой в ночной клуб. А могла просто завести собаку, никого не спросив. Теперь эта огромная псина ревностно скулила в углу, буравя его тяжёлым гнетущим взглядом.

— Зачем он тебе сдался? — прикрывая раздражение притворно весёлым тоном, спросил он.

— Много будешь знать — скоро состаришься! — Саша ухмыльнулась, накидывая пальто. Затем прошла по коридору, присела на корточки и обняла Сеню, прижавшись к нему щекой. — Я скоро вернусь, малыш. Не скучай тут, — шепнула она на прощание.

5

Ярослав прокручивал в голове варианты продолжения банкета после театра. Дело в том, что до недавнего времени они встречались у Саши и лишь изредка он вёл девушку к себе домой. Родители Ярослава как правило проводили выходные на даче, но с наступлением холодов встречаться дома больше не представлялось возможным, и оставалось единственное доступное решение — самое простое и очевидное.

После театра и ресторана Ярослав привёз Сашу домой, поднялся вместе с ней в квартиру. Что-то не заладилось с самого начала. Саша обижалась на него, он дулся на Сашу. Они поддерживали лёгкий не затрагивающий личного разговор, по большей части молчали или высказывали не требующие продолжения мысли. Всё это вызывало обычную тоску в отношениях, которые с недавних пор переживали очередной спад.

И всё же секс скреплял их союз, привыкшие к удовольствию тела жаждали любви, невыразимо тянулись друг к другу, как два одиноких атома ищут возможности соединиться в элемент.

На кухне под жёлтым сиянием лампы Ярослав привлёк капризную Сашу, втянул её запах лаванды, поцелуями прошёлся по шее, настойчиво притираясь бугрящимся пахом об попку подруги. В этот момент дверь приоткрылась, и на пороге в застывшем неповиновении глухо зарычал Сеня. Он сверлил бусинами глаз Ярослава, шерсть в холке встала дыбом, грозный оскал обнажил две пары длинных клыков. Сеня готовился к прыжку. Ещё секунда, и она разорвёт Ярослава на части. Такого Саша ещё не видела.

Она опустилась на колени, принялась гладить, успокаивать друга сердечного.

— Что случилось, зайка? Он тебе не нравится, да? — Саша приняла насмешливый тон. — Думаешь, он плохой? Как считаешь, он плохой?

Она сюсюкалась с ним, посмеиваясь втихомолку. То, что она чувствовала в глубине души, но боялась признать, собака выражала открыто. У Ярослава была нехорошая привычка унижать Сашу. Не специально, а скорее инстинктивно. Любые творческие начинания Саши вызывали у него скептические замечания. Он просто не мог допустить мысли, что Саша может быть талантлива, что её мечты не пустые фразы, брошенные на ветер. Да, ей было тяжело, и она нуждалась в поддержке, но любимый мужчина, который был рядом с ней, не выражал ровным счётом никакого восхищения, скорее наоборот: постоянно указывал на недостатки. До сих пор она мирилась с этим.

— Конечно, я плохой! — вспылил Ярослав. — Здесь плохой, там плохой.

Общение Саши с собакой подлило масла в огонь, и давно назревавший скандал разгорелся ярким пламенем. Ярослав устал от постоянных обвинений в свой адрес, старые обиды пробудили в нём бурю негодования.

Точку поставил Сеня: он впервые рявкнул и сделал это так громко и грозно, что вздрогнули и заткнулись все — Саша, Ярослав, соседи снизу, сверху, на два этажа, плюс по бокам. Все услышали голос нового хозяина квартиры. «За ним сила», — боязно подумал каждый про себя. Ведь в этом взрыве таилась первозданная мощь, заложенная природой.

— А не пойти ли мне домой, — неожиданно сменил пластинку Ярослав. Он ждал, что Саша остановит его, но она предательски молчала. Бочком просочился он из кухни, быстро обулся, накинул пальто и, не дожидаясь поцелуя на прощание, выскользнул к лифту.

«Всё кончено!» — Ярослав яростно жевал губы, в который раз давая себе клятвенное обещание расстаться с Сашей, найти себе девушку поинтереснее, без странных претензий, немыслимого требования боготворить её.

«За что? Что она о себе думает? Пускай попробует сунуться со своими дизайнами в любую солидную контору. Там ей мигом на дверь укажут. Бред, просто бред!» — он выходил из подъезда с твёрдым намерением наказать Сашу.

6

В наступившей тишине старые бабушкины часы с кукушкой, висевшие на стене, пробили двенадцать. Сеня вздрогнул, и Саша грустно улыбнулась. После ссоры с Ярославом она всегда чувствовала себя уставшей, как-будто подорванная вера в любовь заставляла спуститься на землю. Одиночество пугало клеймом позора. Саша боялась, что Ярослав её бросит, винила себя за неуживчивость. В редкие моменты прозрения она хотела первой предложить расстаться.

«Одиночество — это когда в душе нет любви», — вспомнила она интересную мысль, которая недавно поразила её, поселив в душе смуту.

Она потрепала Севу: став перед ним на коленки, запустила руки в тёплый мех, долго грелась, прижимаясь к мишке. Странно, но грусть, внезапно нахлынувшая с уходом Ярослава, так же быстро испарилась.

— Вот ты меня любишь и никогда не бросишь, правда, Сева? — она наслаждалась прикосновением к собаке. Нежные повизгивания, которые он издавал, хвост, непрестанно метущий пол, стоит только дотронуться или заговорить, — всё в Севе выражало полную безоговорочную любовь. Светлая улыбка озарила лицо Саши. Она больше не боялась расставания, пока Сева с ней, в её душе не будет места одиночеству.

Поднявшись, она зашла в комнату, чтобы взять полотенце и махровый халат. Горячий душ поможет ей смыть усталость. Перед сном она открыла книгу по дизайну, которую недавно приобрела.

Саша лежала на животе на кровати, когда Сева, мордой толкнув дверь, беззвучно подкрался сзади и запустил язык ей в промежность. На ней был коротенький халат, трусики она не поддела, поэтому голая попка лежала на самом виду. Большой шершавый язык так внезапно прилип к влагалищу, скользнул вверх, захватывая ягодицы и анус, что Саша подлетела на месте. Увлечённая разглядыванием дизайна, она к тому же слушала громкую музыку в наушниках. Шок сковал её мысли, чувство неловкости смешалось со стыдом.

Перевернувшись, Саша поджала коленки, сместилась к стенке так, чтобы Сева не мог её достать. Она смотрела на него изумлённым взглядом и не узнавала: возбуждённый пёс горел желанием совокупляться, он активно работал хвостом, выразительный блеск карих глаз, направленных на неё, не нуждался в интерпретации. Сева передними лапами запрыгнул на кровать, мордой уткнулся в руки, которыми Саша прикрывала себя. Он лез целоваться, лизал ладони, настойчиво проталкивал мокрый холодный нос в щель, манившую его ароматным запахом.

— Ну что ты, — Саша нервно засмеялась. Она хотела успокоить собаку, показать, кто главный, как пишут в книгах. Но в этот момент Сева запрыгнул задними лапами на кровать. Его огромная морда опрокинула Сашу набок, заставила защищаться, руками отталкивать от себя. И он вновь жадно лизнул её, метнув язык по влагалищу. Она продолжила ускользать от него, но волна возбуждения, возникшая уже после первого мазка, настигла её странным теплом. Саша не отдавала себе отчёт в том, что происходит. Она отпустила руки, предоставив Севе свободу работать языком, как ему нравится. Поначалу она боялась укуса его острых зубов, но с первыми мазками страх прошёл, уступив место расслаблению. Саша раздвинула бёдра, подрагивая под мощными движениями языка. Сева вылизывал её как сметану. Её выбритая пися с коротким хохолком на лобке раскрылась, клитор, который Сева так старательно натирал языком, отозвался раскатами удовольствия, приближавшими Сашу к оргазму.

— Сева, не надо, прошу тебя, — Саша закусила нижнюю губку, взывая скорее к совести, чем к собаке, которая не собиралась останавливаться. — Ну всё, хватит! — она сдвинула коленки, подскочила с кровати и подошла к двери.

— Место! — грозным голосом произнесла она, указывая указательным пальцем в тёмный коридор.

Сева послушно покинул комнату, казалось, в его взгляде тоже проявилась виноватость. Усевшись в любимом углу, он многозначительно уставился на неё, как бы говоря: «Я всё равно люблю тебя!» Его жадные блестящие глаза в этот момент горели похотью.

Саша заинтригованно созерцала новоявленного любовничка, размышляя, что бы было, если бы Сева довёл её до оргазма. Она бы уже не смогла отказаться от удовольствия близости с ним. Всё-таки, как ни крути, он соблазнил её, добился расположения. Он хотел её, теперь она отчётливо видела розовый кончик члена, вылезший из меховой оборки. Сеня быстро дышал, высунув язык, в его повиновении чувствовалась всё та же интеллигентность, которая восхитила её при первом знакомстве.

Улыбнувшись, Саша закрыла дверь, легла на кровать, в этот раз на спину. Она смотрела на дверь, представляя, как Сева, должно быть, хочет заняться с ней сексом. Эти мысли возбудили её. Она услышала, как Сева подошёл к двери и мордой уткнулся в щель на полу. Он громко вздыхал, а она, распустив халатик, теперь уже не стесняясь, занималась собой.

7

На следующее утро она проснулась с лёгким чувством вины перед собой, перед собакой, которая действовала, подчиняясь инстинкту. Саша полезла в интернет в поисках информации. Оказалось, что кобели действительно возбуждаются, если хозяйка им нравится. Бороться с этим фактически невозможно. Можно свести кобеля с сукой, но неразрывная любовная связь, установившаяся однажды в виде привязанности, существует на протяжении всей жизни собаки.

«Как у них всё сложно!» — думала Саша, в очередной раз удивляясь необычным законам собачьего мира.

Она выгуливала Сеню за домом на специально отведённой площадке, играла с ним, кидая мячик, а сама неизменно возвращалась в мыслях к ощущению шершавого языка в промежности. Казалось, Сеня тоже постоянно думает об этом. Его розовый, испещрённый венками член то и дело вылезал из мехового мешка, подрагивал, болтаясь между задних лап. Саша уже свыклась с видом яиц, спрятанных в пушистой мошонке. Многозначительные взгляды, которые Сеня бросал на неё, каждый раз возвращаясь с тенисным мячиком в пасти, как бы говорили: «Вот погоди, доберусь я до тебя!»

— Кобелина ты, Сеня! — рассмеялась Саша, встретившись с его глазами в очередной раз. — Ты думаешь, ты главный, да? — она схватила Сеню за ошейник, притянув мишку к себе. — Смотри мне в глаза, когда с тобой говорят. Я — главная, понял?

Масляный упрямый взгляд, горящий похотью, тонкий кончик языка, свисающий из пасти, и постоянная эрекция, бьющаяся наружу, говорили об обратном. Сеня даже гулял не по-человечески, тянул, куда хотел. В этот раз Саша решила настоять на своём: прицепила поводок и потащила его к магазину. Если его ищут, то объявление о пропаже наверняка висит на доске объявлений напротив остановки. Ей хотелось удостовериться, то Сеня ценный экземпляр, достойный того, чтобы о нём беспокоились. Но беспокоились о продаже холодильника, аренде квартиры, оказании всяческих услуг. Ни слова о Сене и его привычке подлизывать девушку в самых интимных местах. Саша не знала, радоваться ей или сокрушаться. В любом случае, думала она, собака могла пропасть на другом конце города и прибежать в её район, а значит, отсутствие объявления ни о чём не говорит.

Они отправились домой обедать. Саша впервые задумалась о том, чтобы найти Сене суку по объявлению в газете.

8

Вечером после ужина, наученная вчерашним опытом, Саша читала в джинсах и свитере. Дверь закрывать она не хотела, Сеня начинал поскуливать в темноте, его страдания становились невыносимыми. В этот раз мишка разлёгся на ковре в комнате, выставив напоказ непроходящую эрекцию. Саша с ухмылкой поглядывала поверх книги, встречаясь с масляным неморгающим взглядом. Уткнувшись мордой в ковёр, Сеня сверлил хозяйку знакомым мужским взглядом. Как часто она ловила на себе заинтересованные взгляды незнакомых мужчин — такие же выразительные, откровенные.

Неожиданно Сеня поднялся и запрыгнул на кровать. Саша даже понять ничего не успела, как Сенин пах опустился ей на лицо. Его массивная челюсть сомкнулась на бедре, прокусив джинсы, дикий яростный рык вырвался из пасти. Саша лежала неподвижно, обомлев от страха, острая боль пронзила бедро, Сенин член елозил по губам. Боль усиливалась, похоже, Сеня решил откусить ей ногу.

— А-а-а! — жалостно заревела она, вспоминая фильм о сенбернаре, который сошёл с ума. Страх парализовал ей разум, паника охватила девушку. Она втянула губами бордовый бесформенный член, испещрённый фиолетовыми венками, и внезапано боль отпустила. Сеня задёргал бёдрами, трахая Сашу в рот, его челюсти по-прежнему были сомкнуты на бедре, но уже не так сильно.

Очевидность происходящего поразила Сашу: Сеня осознанно насиловал её, используя для этого подавление жертвы страхом. Он как-будто был собакой, внутри которой всё это время жил-таился злой дух. Саша обхватила скользящую плоть зубами, надкусила, заставив Сеню взвизгнуть.

«Вот так тебе, засранец!» — она не понимала, что творит, потому что в следующую секунду Сеня с новой силой вгрызся ей в бедро. Она разжала челюсти и завопила:

— А-а-а!

Почувствовав свободу, Сеня с новой силой кинулся трахать Сашу в рот. Он сражался с сочной дыркой, полностью влетая в неё с уже опустившимися из меховой мошонки яйцами. Оргазм накатил не спеша: как восхождение к Эвересту, каждый шаг, приближающий к вершине, давался всё сложнее. В конце Сеня уже не чувствовал зубов хозяйки, только онемевшая плоть, разлившаяся удовольствием по телу, неожиданно взорвалась острыми струями водянистой спермы в рот черноволосой суки, приютившей его.

Саша выплёвывала сперму, надеясь, что теперь её всё-таки отпустят. Челюсти наконец разомкнулись, обмякший член выскользнул изо рта.

Сеня соскочил с кровати и как ни в чём ни бывало поплёлся в коридор на свою лежанку.

«Ну уж нет! — Саша яростно вытирала рот. На секунду она заскочила в ванную, чтобы прополоскать горло. — Этого я так не оставлю!»

Она вылетела в коридор, распахнула входную дверь:

— Пошёл вон! — рявкнула она на него.

Он медленно встал и, повиливая хвостом, поплёлся на выход. Она открыла для него дверь, ведущую к лифту, вызвала лифт — Сеня зашёл без малейших колебаний, понуро опустив морду в пол, — и отправила его на первый этаж.

Пускай теперь ищет себе приключений на улице!

9

Вернувшись в комнату, Саша принялась сгребать постельное бельё, залитое Сениной спермой. Гнев давил её изнутри, сдерживаемые слёзы душили, наконец прорвались и излились ручьями.

«А что ты хотела? — думала она, немного успокоившись. — Ты же видела, какой он возбуждённый ходит».

Она начала приводить мысли в порядок.

Насилие со стороны собаки, проявленное в такой странной форме, поразило её наконец на уровне осмысления почти человеческого поступка, вложенного в тело собаки.

«Это не собака, — думала она. — Это какой-то демон, запертый в тело собаки!»

Она кинулась в интернет в поисках информации, но, похоже, ничего подобного ни с кем ранее не случалось. Или люди не спешили делиться подробностями интимной жизни с собаками. Было много фотографий и даже видео-роликов, где большие собаки пристраивались сзади за девушками, стоящими на коленках. На секунду Саша представила Сеню с его мощными передними лапами, как он мощно работает бёдрами. Но сначала вылизывает её, разогревая для действия. Солёный вкус Сениной горячей спермы ещё не выветрился изо рта. Она могла бы пригласить кобеля с необычной человеческой ориентацией прямо сейчас и заняться с ней сексом. Ведь ему только это и нужно: чтобы она встала перед ним на коленки в позу суки, а он зайдёт сзади, смажет всё там хорошенько слюной, потом запрыгнет на неё и отымеет по-собачьи.

«Кобелина!» — Саша с ухмылкой рассматривала фотографии. Ручкой она ласкала себя, засовывая средний пальчик в наполненное смазкой влагалище.

Оргазм не заставил себя ждать. Девушка бурно кончила, сопроводив непроизвольно нахлынувшее удовольствие тихим стоном. В голове у неё в этот момент творилось чёрти-что: огромный сенбернар сношал её, затрахивая в сучий оргазм.

10

Сеня переночевал у подъезда, спрятавшись в кусты под окнами первого этажа. Когда Саша утром спустилась по лестнице крыльца, он сразу почуял её запах, заскулил, нежно прося прощения. Он успел проголодаться и теперь искал примирения с новой хозяйкой, которая возбуждала его, источая сладкий аромат влагалища. Подходя к ней, он виновато повилял хвостом, вглядываясь в её зелёные глаза, ища в них поддержки. Хозяйка была холодна, отпрянула назад, когда он ненароком уткнулся мордой в место, где скрывался запах.

— Ну и кобель же ты! — завела она старую песню. — Ни о чём больше думать не можешь, да? — она укоризненно смотрела на него свысока. И всё же в этом взгляде он уловил новую тень сомнения, как-будто неуловимая нить уже соединяла их, готовила хозяйку к принятию новых правил.

— Ну идём, — проворчала она, вздохнув. — А то ещё изнасилуешь тут кого-нибудь.

Она подцепила довольного Сеню за ошейник и потащила в квартиру. Еда и питьё ждали его в привычном месте. Хозяйка оставила его наедине с трапезой и ушла работу.

«До вечера!» — хмыкнул Сеня, бережно разнюхивая ускользающий женский запах.

11

Саша пылесосила полы, когда Сеня напрыгнул на неё сзади и, обхватив передними лапами, мощно забил поджарыми бёдрами. Она могла выпрямиться, но желание ощутить Сеню хотя бы через джинсы моментально овладело ею. Она упала на коленки, выключила пылесос.

— Ну что ты будешь теперь делать, а? — она злорадно повиляла задом, наблюдая, как озабоченный кобель вьётся за спиной, пытаясь пробить себе путь сквозь плотную джинсовую ткань. Он тыкался мордой, жадно скулил, запрыгивая на спину передними лапами. Наконец схватился зубами за ремень джинсов, начал стягивать их — даже в этом он был умнее обычных собак.

— Ну на! На! Раз ты так хочешь! — Саша раздражённо потянула ремень, отпуская джинсы. Она устала бороться с собакой, вечно караулящей её похотливым взглядом, с собой, неудовлетворённой в личной жизни, нашедшей наконец безмолвного друга, пожелавшего стать любовником.

«Вот так надо добиваться женщин!» — восторженно шептали её губы. Она отдавалась ласкам повизгивающего кобеля. Тот стягивал с неё джинсы, трусы. Его огромный язык влетел в промежность, вылизал влагалище и анус, до блеска натёр зону удовольствия. Сашина упругая попка превратилась в блестящие половинки сочного фрукта, в середине которого разгоралось болезненное томление.

«Главное — не бояться!» — настраивала она себя, ища поддержки на диване.

Он залетел на неё, положил лапы на спину и тут же опустился, обхватив бёдра, сомкнув тело в замок. Его член активно бился в промежность, не попадая в заветную дырочку. Саша теряла контроль. Её трахали ещё даже не распечатав. Она уже чувствовала, как мощно долбит член в бёдра и ягодицы. Неожиданно член влетел во влагалище и задёргался, как ненормальный.

— А-а-а! — застонала Саша, сражаясь со страхом.

Всё в этом сексе было безумием, первобытным животным осеменением, в котором Саша играла роль принимающего сосуда, нежного, хлюпающего, дико стонущего под стремительным выколачиванием из неё рассудка. Кобель сношал суку, а она чувствовала себя именно так: как сука, у которой не осталось выбора. Она могла только принимать, повлиять на что-либо она уже не могла. Сеня трахался как ненормальный, ничего подобного Саша никогда не испытывала с мужчинами. Её имели отбойным молотком. Член, влетавший сзади, разбил влагалище в пену. Смазка стекала по бёдрам, струилась вниз. Влажный пушистый пах, грудь Сени, покрытая мехом, тёрлись об Сашу, его лапы царапали ей бёдра. Слюна Сени стекала на спину, его холодная морда тыкалась сквозь майку в ложбинку позвоночника.

Саша кончала, впервые в жизни ощутив себя неподвластной сдерживать эмоции под напором долбёжки. Её разбитое влагалище радостно захлюпало, впитывая в себя собачью сперму. Она обсасывала член, выжимая из него ароматный экстракт. Она становилось покорной сукой.

12

Когда через две недели незнакомая девушка узнала Сеню на улице, Саша не сильно удивилась эмоциям, в которых оба проявили себя как старые любовники.

— Бернар! — шептала девушка, вглядываясь в любимые глаза. — Он хорошо себя вёл? — спросила она, встретившись с Сашей взглядом.

— Даже слишком, — та невольно ухмыльнулась, вспоминая дикий секс-марафон, наполнивший её жизнь регулярными оргазмами. — А вы не хотите свести его с сукой? Мне бы очень хотелось завести щеночка.

   

   
   

   

   

   
© Lovecherry.ru. Все права защищены!