Второй день с момента прибытия жены ко мне на отдых.

Погода капризничала, моросящий дождь при не полностью затянутом тучами небе и солнечном свете был вполне нормальным явлением. Летней жары не ощущалось уже давно. Да и в самые жаркие дни находиться неподалеку от моря было вполне комфортно. И только в прогулках по городу, там, где не было ветра, приносящего свежесть морского бриза, жара ощущалась очень остро. Но и эти в эти минуты большого дискомфорта организм не испытывал.

Несмотря на непостоянность погоды, мы решили выбраться на другой пляж, расположенный по другую сторону от морского порта. Но целью был не пляж, а набережная и развлечения. Крокодиляриум стоял первым в списке объектов, который надо было посетить. Затем шел Океанариум и стриптиз. Но здесь надо разделять желаемое от действительного. Очевидно, на стриптиз я не попал.

Детей и тещу направили к крокодилам, рептилии все ж... Но, не устаю это повторять, к моей теще это не относится... крокодилы ее за свою не приняли. Уж очень она душевный человек.

Пока вся основная масса нашего контингента трепала нервы своими воплями и неконтролируемым поведением, а два ребенка шести лет могут довести любого, я с женой пошел прятаться в тени приглянувшегося шатра. Найдя приличный столик недалеко у моря, мы расположились отдохнуть. Проспав до обеда, ощущается блуждание накопленной энергии, которую надо куда-то девать или не девать, если очень лень. Мы и отдались на волю лености, ведя неторопливые разговоры и любуясь морскими пейзажами.

Это был второй день, как было упомянуто ранее, проведенный с женой. Слегка утолив голод общения и жажды друг друга в предыдущий вечер, мы могли вести размеренный и спокойный разговор. А раз так получилось, что очередную годовщину нашей свадьбы провели раздельно, то и решили приурочить текущее свидание к празднованию прошедшего события. Сказано, сделано! Заказано шампанское и соответствующее продовольственное сопровождение.

Разговор на пространные темы плавно перешел к воспоминаниям о наших первых встречах.

В наших разговорах поднимались животрепещущие темы становления нас как пары. Сколько было ситуаций, в которых случайность могла повернуть наши пути в разные стороны. Обсудив серьезность нашего положения и осознав, что, тем не менее, девять лет мы вместе, стали плавно переходить к более приземленным, но намного приятным темам: наш первый поцелуй, первое объятие, первый раз разделенное ложе, признания в любви и предложение руки и сердца. Моя память хранит почти все, ну а вторая моя половинка с радостью дополняет возникшие пробелы. Так что история наших отношений хорошо защищена от потери информации, мы как RАID-массив, все надежно и надолго сохраняем.

Время летит быстро в особенно приятные моменты, так и у нас, час за часом, и уже сумерки опустились на землю. И не одна бутылка шампанского открыта, но хмель почти не брал нас, видимо, наша лень передалась ему. Мягкий свет, отдающий желтизной, но приятный «на ощупь», освещал все вокруг. Сила света включенного освещения была таковой, что лишь наполовину разгоняла тьму, и тени плавно переходили в освещенные места. Поэтому мы, сидя у стены шатра, в котором было несколько столиков, чувствовали интимность обстановки, несмотря на несколько столиков, занятых посетителями. Моя жена сидела напротив меня, и в особенно трогательные или знаковые события и от переизбытка чувств переплетали наши пальцы в рукопожатиях. В какой-то момент обсуждения наших бурных встреч и хулиганских выходок, возлюбленная отлучилась в дамскую комнату.

Я не мог не обратить внимания на ее немного неуверенную походку, но от этого не менее обворожительную. Удачная обувь на ее ножках и короткое платье позволяли любоваться грациозной походкой. По возвращении улыбка не сходила с ее лица, а суть фразы «На мне ничего теперь нет» не совсем доходил до моего сознания. Посудите сами, благопристойная и хорошо воспитанная дама, скромная и обаятельная блондинка, мать моих детей... Как я люблю этот контраст, я просто люблю необъяснимый факт того, что эта приличная во всех отношениях девушка моя жена. Она пересаживается на соседний стул со мной, берет мою ладонь и тянет к себе. А я сижу и в пол оборота, любуюсь морем, хоть и темно стало, но различить водную гладь вполне возможно. Жена же присела на стул, перекрыв мне обзор. Естественно, тут то я все и понял. Что это такая загадочно возбужденная улыбка блуждала на лице возлюбленной.

Для нас это было довольно экстремально, и я включив свои радиолокационные приборы промониторил обстановку на возможность того, что мои действия могут быть замечены другими. Вместо наслаждения моментом, я думаю о других. Слева чуть за спиной разговаривали две дамы вполне притягательной для других мужчин видом, их опасаться не стоит. А к еще двум занятым столикам жена, с немного раздвинутыми ножками, сидела спиной и закрывала меня от них.

Как я могу описать свои ощущения... вы ели когда-нибудь мороженое, которое вам нельзя из-за больного горла? Урывками, иногда оглядываясь, не заметят ли родители. И эйфория от давно желанного и неожиданно свалившегося счастья и тревога от того, что удовольствие может быть прервано в самый разгар его наслаждения. И несмотря на всю прелесть и красоту мороженного, делиться им ни в какую не хочется. Ты его нежно берешь руками, проводишь рукой по поверхности, ощущая все впадинки и выпуклые части и нежность самого сладкого и приятного удовольствия. Это я про мороженое, но примерно такие же ощущения испытал я, проверяя отсутствие белья на жене.

После этого такая же озорная улыбка не сходила и с моего лица. Как нашкодившие школьники, она подмигнет мне, я ей, и невзначай моя рука пройдется по той части тела, что недозволенно прикасаться в общественных местах. Аж дух захватывает в эти моменты. Уже все равно на то, что кто-то может заметить нас. Хотя и эти мысли окончательно не покидали меня и придавали дополнительную остроту происходящему. По всем признакам, жена испытывала аналогичные эмоции, потому как через некоторое время, вконец осмелев, она откинулась на спинку стула и приподняла край юбки до предела...

Белое платье, с добавлением кремового цвета очень ей идет, под цвет легкого налета загара. Край собранного платья находился на изгибе ног и тела. Выглядело, словно короткая миниюбка собралась в гармошку и подтянулась в направлении животика. Этот вид очаровательной девушки с загадочной улыбкой и взглядом, впитывающим мою реакцию, я запомню навсегда. Было ощущение, что жена не представляла, насколько фееричным и воодушевляющим для меня будет это действие. Играет музыка, заглушающая звуки моря, слева идет оживленная дискуссия двух дам, чуть далее другие люди ведут разговор. Я не могу больше смотреть ей в глаза, мой взгляд опускается вниз и замирает там надолго. Затем я осматриваю всю ее и восхищенно замираю. Не Шарон Стоун, во сто крат элегантнее, сексуальней и притягательней, именно в таком виде.

Мы попытались продолжить разговор, но мои прикосновения и желание видеть ее, не давали вести нить диалога. Желание не только прикосновений достигло такого градуса, что рассуждать уже становилось поздно, надо было переходить к действиям. Мы расплатились по счету заранее, и вызвав такси, поехали в направлении дома.

В такси вели мы совершенно чинно и прилично, взявшись за руки, мы обсуждали дальнейшие планы. написано для sеxytаl.cоm По сути, образовавшееся игривое настроение способствовало желанию продолжить вечер, несмотря на приподнято-возбужденное состояние. Хотелось подразнить друг друга и еще немного потянуть время до полноправного и единоличного владения друг другом.

Предложение поехать в какой-нибудь клуб я отмел сам, не оглашая даже такого варианта. Потому решили ехать прямо к пляжу. Морем бы насладиться сможем считанные дни, потому считаю правильным находиться около него как можно больше времени. Сказано, сделано. «Водитель, ближайший бар иль ресторан у моря!

» Недоуменный взгляд жены способствовал корректировке маршрута, ведь в кабаке мы уже были. «Тогда, просто, к морю. А, подождите же, как море без романтического шампанского. Вот и магазинчик, еще работает, стоооп!»

До набережной было недалеко, мы решили расплатиться с таксистом и пройтись дальше пешком. Но сдачи у водителя не оказалось, нужно менять деньги, и моя благородная жена осталась, по ее словам, в качестве залога. На мое предложение поменяться местами не согласилась, видите ли, тяжело нести бутылку. Сидя на заднем пассажирском месте, раскрыла дверь и выставив ножки, поставила каблучки на асфальт.

Покупку я совершал очень быстро, почти мгновенно. Ведь платье от тела моей жены ничто не отделяло, а ее разговор в таком виде с незнакомцем волнующе будоражил меня. Непонятное легкое возбуждение испытал от мысли, что моя возлюбленная так легкодоступна в физическом плане, ведет расспросы о достопримечательностях города. И только я знаю, что у нее сейчас ощущение наготы обострено, а легкие дуновения ветра дразнят и ласкает ее тело.

Пришлось прервать диалог водителя такси с моей дамой, которая сидела на краю заднего сиденья, выставив одну ножку на землю. Ввиду моего стремительного желания расплатиться с водителем, я не обратил внимание на всю прелесть образа жены в короткой юбке на заднем сиденье. Наверняка, там было на что посмотреть.

Удаляясь по пустой хорошо освещенной дороге в направлении большой воды походкой моряка, только что вернувшегося из дальнего плавания и никак не привыкшего к отсутствию качки, мы мирно и скучно дошли до берега. Пройдя места славы предыдущего вечера, разместились на лавочке с навесом. Она располагалась поодаль от частных домов и коттеджей, почти посредине между морем и домами. А сверху нависали кроны какого-то дерева. Было вполне уютно, довольно темно и на сей раз, безлюдно.

Духоты была невыносимая, несмотря на близость воды, а может быть благодаря высокой влажности, которая собиралась достичь стопроцентной величины. Вдали над материковой частью небо мерно пронзали причудливого вида молнии. Промежуток времени между вспышкой и звуком грома был пока существенен. Поэтому, не опасаясь приближения дождя, мы принялись распивать купленную бутыль. Я успевал любоваться на профиль жены, ее лицо слегка освещалось светом далеких уличных фонарей. Линии лица светлой полоской очерчивала контур элегантный образ, красивый носик и соблазнительные губы. В тот момент когда она на меня смотрела, город был за ее спиной, и с этого ракурса был различим лишь блеск ее глаз. Я не сомневался, что сейчас мне позволено все. И во исполнение своего желания я поцеловал ее, став на колени перед ней. Ее рука гладила мои волосы, а она наверняка улыбалась моему порыву. Но я этого не видел, я был занят.

Ее запах казался мне свежим, чуть терпким, с еле уловимыми нотками кипариса. Я дышал ее, дышал запахом ее тела, ее потом и запахом ее лона. Возбуждение подтверждалось выделением обильной смазки, в которой я испачкал лицо и нос.

Через миг она меня притянула к себе и прошептала: «Давай, я больше не могу». Раз такое дело, нечего его откладывать. Расположившись на лавке, я наблюдал как она подняла ткань юбки еще выше и повернувшись ко мне своей излюбленной частью тела, присела на меня. А брошенная фраза «Сегодня снова твой день» обещали не только эмоциональные восторги от окружающей обстановки, но и остроту тактильных ощущений из-за отсутствия препятствий для прямого контакта между нами. Стараясь сосредоточиться на ощущениях, я мягко и не спеша вошел в положенное место, и притянув за бедра жену к себе, замер на мгновение. Поигрывая мышцами заставлял скрытую в жене свою часть подергиваться, и уже сам изнемогая от желания, начал процесс, мысли о котором витали весь вечер в наших головах.

После того как эйфория прошла, я стал ощущать дискомфорт от передавливания одежной моего одного из важнейших органов. Оглядевшись и прислушавшись, признаков жизни все также не обнаруживалось, потому решил для собственного комфорта и жены, спустил по максимуму джинсы вниз. Теперь, раздвинув колени для большего проникновения, ритмично проделываемые движения не заставили долго ждать результата. Правда, гол был в одни ворота, но я твердо знал, что долга сегодня за мной не останется.

Как только мой слух прояснился после случившейся концентрации физических сил, а взгляд теперь мог фокусироваться и на других кроме тела жены, я понял, что молнии отчетливо стали видны справа от нас, ярче, а звук между вспышкой и раскатами грома стали много меньше, чем это было раньше.

Теперь, сосредоточившись на созерцании приближающегося дождя, мы зафиксировали и усиливающийся ветер, и отсутствие людей, так что даже не были слышно отдаленные голоса. Насладившись еще немного причудливыми молниями и, памятуя о скорости возникновения ливня, мы спешно выдвинулись к нашим «апартаментам».

По пути я, как и любой нормальный муж на моем месте, проверял факт отсутствия лишнего белья на теле жены. В отсутствие машин мы шли посреди дороги, и при каждой яркой вспышке молнии моя скромница кокетливо изгоняла мою руку из ненадлежащего места пребывания, прочь, на волю.

Проникнув с помощью не спящего старшего сына внутрь дома, мы быстро провели подготовительные ванно-банные процедуры и оказались в постели. А все, что происходило в последующие пару часов никакими приличными словами не описываются. Поэтому расскажу исходя из своих скудных возможностей.

Наша комната располагалась сразу по правую руку от входа, слева был туалет с ванной, а прямо перед нами другие комнаты. Заглянув через плечо сына в направлении тещиной комнаты, с замиранием сердца увидели отсутствие света. Значит, пред ясны очи это добропорядочной женщины мы не предстанем. А то ведь как назло, именно сейчас алкоголь возымел максимум своей силы и скрыть факт возлияния никак не удалось бы.

С легким сердцем и радостью в душЕ и дУше, который я посетил быстро, буквально смыв с себя усталость и хмель, стал дожидаться супругу после водных процедур. Пока ее ждал, все выбирал позу, в которой предстам. Длинный день и позднее время не препятствие для продолжения «банкета». Я лег обнаженным под легкое одеяло, высунув одну ногу. Подумал и откинул одеяло. Слишком откровенный вид, а жена ведь у меня утонченная натура, нельзя же так сразу, без намека. Взял книгу и претворился читающим, перевернулся на живот и прикрыл себя сзади. Чуть не уснул от вида книги. Для того чтоб взбодриться, перекувырнулся через голову, и в завершении кульбита заметил стоящую жену в дверном проеме.

Чтоб не придумывать объяснения в облегчение моего положения, она выключила свет и прильнула ко мне всем телом, повалив на кровать. Опаляя меня страстным поцелуем и чуть ослабив напор, мы стали целоваться нежно и медленно. Целуясь только губами, изредка проходясь языком по ее то верхней губке, то нижней, изредка проникал между ними ища ее заветный язычок. Мои руки блуждали по ее плечу, ладонь спускалась от самой шеи и поглаживающим движением опустилась к самому запястью. Вернулась вверх и приобняв за шею, притянул ее к себя для глубокого поцелуя. Мои движения и ласки наигранно скромны и нежны, а ручки жены уже спустились по моему торсу и игрались под моим животом.

Тут и я решил присоединиться в этой игре. Лежащая на мне жена соскользнула и оказалась на боку, лицом к лицу. Я, улучив момент разъединения наших губ, убрал волосы с ее шеи и прильнув в ласковых поцелуях, рукой скользнул по спине, считая позвонки и не останавливаясь, перебирающими движениями прошелся между ягодиц и остановился тогда, когда с губ благоверной сорвался негромкий стон.

Целуя ее шею, перешел неспешно к спине, в районе лопатки и привстал, тянуться было неудобно, а планы добраться до округлых выпуклостей внизу спины входили в мои приоритетные планы. Пока я топтался, стоя на коленях, собираясь наклониться, как приятное влажное ощущение распространилось от кончика моего органа чуть ли не до самого основания. Взгляд прикован к виду жены, ублажающей меня. Убрал падающие волосы, для того чтобы ничто не мешало в полумраке любоваться женой за редким занятием.

Комната озарилась ярким светом, и грохот накрыл нас сверху. Мы уже и забыли, что непогода за окном, и та нетактично напомнила о себе. Все чаще накрывая громом усиливающийся шум дождя. Не обращая на происходящее за окном, я продолжил любоваться профилем жены.

Но долго позволять трудиться даме я не могу позволить, поэтому, мягко высвободившись, согнув одну ее ножку и прижав к ее вздымающейся груди, я сам оказался в роли ублажающего. Мои губы дорвались да потаенных мест ее тела. Стоны негромко, но с тенденцией к нарастанию заполнили комнату, и шум дождя стал почти неслышен, а гром как будто и не звучал. Ведь не зря женщин сравнивают с музыкальными инструментами. Каждая имеет свою тональность и звучание, и для игры на инструменте нужна практика, тренировки и изучение всех особенностей строения и применения этого сложного механизма. Сейчас мелодия звучала негромко, но вполне уверенно, мелодия наслаждения, а сама природа выступала аккомпанементом и сопровождением.

Вдруг сбившийся с такта голос, вздох и тяжелое дыхание, прелюдия закончена и скоро будет кульминация. Для приближения финала я сменил манеру игры и заменил медиатор на смычок, расположившись сзади в удобной позиции на широко расставленных коленях, одна ее нога вытянута, а вторая так и осталась прижатой к груди. Я принялся извлекать сладострастные стоны.

О, эти звуки. Тональность изменилась, скорость увеличилась в такт мои движениям. На крайней точке траектории внутри почти что крик раздался, пощады просит он, скорей, не медля, увеличив темп, я удовлетворил прошение и судороги тела сжали меня внутри, волнообразно, словно выжимая соки.

Пульсация моего тела и ее слились в едином порыве, в какой-то миг вступив в резонанс ее судорожные сжатия и мои пульсирующие движения. Протяжный удовлетворенный стон и хриплый выдох мой провозгласили завершение песни. Акт завершен...

Шум дождя обильно заливал окно, стучась и просясь к нам внутрь, а гром протяжно и довольно громко выражал удовлетворение происходящим.

   

   
   

   

   

   
© Lovecherry.ru. Все права защищены!