— Расскажи, как ты познакомилась с мужем. — попросил я.

— Да ничего особенного, — пожала плечами Вика, — я жила тогда в общаге, вернулась в город после выходных. Мне родители там надавали всего в сумку, мяса, картошки. Даже банку с огурцами сунули — рассмеялась она — лишь бы дочка не голодала. Было тяжело... ну как сейчас. Я иду с трамвая в сторону нашего корпуса, а он меня догоняет. Разрешите помочь, мне не в тягость и все такое. По пути разговорились, он на четвертом учился, жил в том же корпусе, только двумя этажами выше. Еще пошутил, что теперь знает, где еду искать.

Лицо Вики приобрело мечтательное выражение, было видно, что воспоминания ей приятны.

— Ну вот так помог он мне. А на следующий день зашел к нам, накормишь, спрашивает. — снова смеется Вика. — А что не накормить? Я готовить умела и любила. Да и сейчас люблю. Хотя, признаюсь, он совершенно был не в моем вкусе. Брюнет, высокий. А я тогда по блондинам сохла и очень не любила смотреть снизу вверх на молодых людей.

— В общем, просто он оказался в нужное время в нужном месте. — когда Вика улыбалась на ее щеках образовывались очень милые ямочки.

— Лучше расскажи ты о себе. — она поджала под себя ноги, принимая удобную позу, чтобы слушать.

Шел второй день нашего путешествия. Завтра утром мы прибываем в Москву, и наши пути с Викой разойдутся навсегда. Ее встретит муж, меня встречать никто не будет, ну да мне и не нужно это, адрес знаю, доберусь как-нибудь. Но это завтра, а сейчас... К этому моменту мы уже выпили грамм по 100 коньяка, от выпитого за очками блестели ее глаза, наверно и в самом деле пьет мало и редко.

— Что рассказать?

— Ну расскажи, на кого ты учишься, кем станешь, когда диплом получишь. — она помолчала и добавила между делом. — Была ли у тебя девушка?

Глядя на легкий румянец, проступивший у девушки, несмотря на всю свою махровую неопытность, я почувствовал, что последний вопрос был совсем не последним по приоритету.

Я честно признался в отсутствии какого-либо опыта с девушками до сего вечера.

— Как интересно! — искренне удивилась Вика. — Вот что, совсем ничего не было? Мне казалось к окончанию школы все имеют какой-то опыт... в этой области. Вот я...

Девушка задумалась. Разговор приобретал все более интимный характер, было видно, что в ней идет борьба: с одной стороны вполне понятное стеснение перед совершенно незнакомым парнем, а с другой — разбуженное алкоголем желание поговорить на запретные темы с человеком, которого видишь первый и, скорей всего, последний раз. Есть же темы, на которые не поговоришь ни с кем, а хочется. А тут я такой, вроде и чужой человек, а ты ему уже и грудь дала полапать, и, более того, подрочила ему...

Я как мог разрешил душевные терзания Вики налив ей и себе в стаканчик коньяка. Выпили. Чуть заметно поморщилась и закусила заранее распакованной конфетой.

— Мой первый раз был на выпускном, — продолжила она. — Не знаю, как у тебя было, у нас в школе было очень и очень романтично, все очень было красиво, атмосферу праздника нам учителя создали, большое им за это спасибо. Прибавь сюда еще выпивку, которой мальчишки запаслись... Ну вобщем, настроение у нас, практически еще вчера детей, было то еще. — рассмеялась Вика.

— Мальчики наверно заранее нас поделили, а может быть все получилось спонтанно. Я досталась — или мне достался? — на секунду задумалась Вика. — Ладно, неважно, короче, его звали Виталей. Что помню про него — у него все было средне. Внешность, рост, оценки. Этим он и запомнился, что он был совершенно незапоминающимся.

— Странно. — перебил я Вику. — Если они вас поделили, то почему такому посредственному персонажу досталась ты?

— Это комплимент такой тонкий? Спасибо. Только тогда я внешне была как подросток, с переменным успехом боролась с прыщами, очень комплексовала по поводу веснушек. У меня тогда фигура только складываться начала. Грудь — первый размер с небольшой натяжкой, ну за то задница ничего получилась. — рассмеялась Вика. — У нас с Виталей медляк был, вот он во время танца так осторожно свою пятерню на нее и сложил и давай наминать. Знаешь так, нежно-нежно. Очень приятно. До этого никогда бы не подумала, что могу испытывать удовольствие от того, что парень щупает мою пятую точку. Еще помню, потом он немного осмелел и пытался сквозь платье между ягодицами залезть. Может залез бы, только трусики я носила и тогда и сейчас самые что ни на есть классические, стринги не переношу вообще...

— Почему?

— Натирают мне. — вздохнула Вика. Это было так забавно, что я улыбнулся.

— Ты наверно сейчас думаешь, с какой то озабоченной столкнулся? Первому встречному такие вещи рассказываю?

— Ну нет, почему. — смешался я. Если честно, я был далек от каких бы то ни было оценок, рассказ девушки закономерно меня сильно возбудил, стояк вызывал у меня определенный дискомфорт, головка хуя слегка ныла, мне приходилось постоянно его поправлять, чтобы он как можно меньше задевал за мою одежду.

— Я понимаю, что опять тебя провоцирую, возбуждаю наверно, но сразу предупреждаю — никакой концовки, типа «кончили одновременно» и «я размазывала его сперму по своему лицу» не будет. Я не дала ему. Такая вот я сука была.

— Мне нравились его домогательства, нравилось, что я возбуждаю его. После танца мы уединились в туалете младшего корпуса, там я с ним поцеловалась. В губы. С языком. Это был вообще мой первый поцелуй с мальчиком и не скажу, что тот первый опыт мне показался привлекательным. У него был уже несвежий перегар того дешевого пойла, который пацаны постоянно пили в тот вечер, для меня это было так отрезвляюще... Я тоже тогда что-то пила, но наверно не в тех количествах.

— Но перед тем как продинамить, я залезла к Витале в штаны, мне очень хотелось потрогать его там. Зачем? Ну, интересно же. Когда еще будет шанс. — рассмеялась Вика. — Ну и ему тоже дала потрогать себя там. Тоже знаешь, не самое привычное ощущение, когда мужская рука лезет к тебе между ног, еще пытается дальше внутрь залезть. Я же девочка была, серьезно испугалась, что он мне пальцем порвет. Потом вырвалась и убежала к девчонкам в наш корпус.

— А он что? — я слушал историю, просто раскрыв рот, я бы не удивился, если бы я слюну пустил.

— Он потом уже не пытался подойти, просто иногда я ловила его взгляд. Сейчас я понимаю, что могла бы нормально ему объяснить, почему не хочу, а тогда... Говорю же, дети еще почти. Давай, наливай.

Выпили, закусили.

Сказать, что я был потрясен свалившимся на меня откровением — значит не сказать ничего. Только что я прикоснулся к миру секса со стороны женщины, как это чувствует она и о чем никогда и никому не говорит. Мысли путались, бежали впереди рассудка, и честно говоря, откровенно мешали мне осознать ситуацию.

Откровенно хотелось разрядиться, неважно как. Сбежать просто в туалет мешала мысль о том, что может мне снова что-нибудь перепадет. С одной стороны вполне возможно, что моя попутчица специально возбудила меня своим рассказом и теперь ждёт от меня каких-то действий. Или она просто так развлекает себя? Если я сейчас проявлю инициативу, то она просто одернет меня? У меня и так нет особо уверенности в себе при общении с девушками, если она еще и посмеется надо мной — обтекать я буду долго. Вот сидит и накручивает свой локон. Я слышал, что это многое значит. Или значит, но не всегда? Блиин, как же сложно все!

Тем временем, Вика что-то искала у себя в телефоне.

— Вот, смотри, — она повернула телефон экраном ко мне — это вот такая я была тогда. Ну, плюс-минус полгода наверно.

На меня смотрела симпатичная девушка с прической каре, джинсы — футболка, на ногах кроссовки, на голове бандана. Ни веснушек, ни каких бы то ни было изьянов во внешности я не заметил.

— Ты так себя описала, что я ожидал увидеть просто чучело какое-то. Нормальная девушка.

— Ну где же нормальная, — возмутилась Вика, — посмотри фигуру мою, коленки торчат!

— Не вижу коленок никаких! — искренне недоумевал я.

— Ну ладно, может быть это неудачная фотка, сейчас другую найду. — согласилась Вика

— Подожди, у тебя в то время уже такой телефон был?

— Да нет, — отмахнулась Вика, ожесточенно перелистывая фото по экрану, — телефон был вполне обычный, просто я все переношу с собой с аппарата на аппарат.

— Вот, нашла получше. Иди, сядь сюда, рядом, неудобно тебе постоянно поворачивать его.

Я осторожно пересел на её полку, слева от Вики. Фото в купальнике, где-то на берегу реки.

— Это с родителями на шашлыки ездили, сразу после поступления в ВУЗ. — пояснила она.

Она продолжила поиск каких-то ключевых, значимых для неё фотографий, некоторые показывала мне, некоторые просто описывала, что она делала в тот момент.

Я почувствовал, что спина затекает в таком положении и решил упереться правой рукой о полку за спиной Вики. Теперь я находился от неё максимально близко, невольно наслаждаясь запахом её волос, какая-то смесь парфюмерии и шампуня для волос.

Девушка продолжала что-то рассказывать, а я набрался смелости и положил руку ей на талию. Замер.

Вика как будто ничего и не заметила. Буркнула «сейчас» и углубилась в недра телефона.

Глупо просто так сидеть, я чуть сдвинул руку вниз, где заканчивается талия и начинается бедро. Потом вверх, потом снова вниз. Рубашка у нее была не заправлена, с каждым движением все более сминалась под моей рукой. В определенный момент я поддел ее пальцем, проник рукой под ткань, теперь под моей рукой уже была не фланель, а складочка её аккуратного животика, которую я, окончательно обнаглев, слегка защипнул указательным и большим пальцами.

И тут до меня дошло, что Вика не только молчит, но и не смотрит в свой телефон, а внимательно смотрит на меня.

— Скажи, вот если девушка готова, если не на все, но... — запнулась, мило покраснев, — но на многое... Что бы ты хотел сделать в первую очередь? Если это первый раз?

«Готова на многое». Слова ударили в голову и хлынули мощным потоком вниз, к низу живота, где несколькими волнами ударились изнутри о головку моего члена. Хуй несколько раз дернулся, извергая в трусы тонкую струйку спермы, но не упал. Я слышал про такую фигню, что при сильном возбуждении может происходить выброс спермы, этакий миниоргазм, организм сбрасывает часть напряжения, но со мной это произошло впервые. Впрочем, сегодня много что происходит со мной впервые.

— Я бы хотел девушку раздеть и как следует ее рассмотреть. — голос мой был хриплый, я его сам не узнал.

Вика несколько секунд смотрела в пол, как будто задумалась.

— И что ты ждешь? — с легкой улыбкой спросила она меня и совсем тихо спросила — Мне раздеться самой?

— Нет. — также хрипло ответил я. — Я хочу сам. Если можно.

Вместо ответа она повернулась ко мне, давая доступ к пуговицам на рубашке.

Я решил действовать не спеша, по максимуму получить удовольствие от происходящего, потому я подавил в себе желание быстро сорвать с нее одежду. Я расстегнул пуговицы на ее рубашке, распахнул ее полы, открывая доступ к Викиному животику и к груди, обтянутой серым лифчиком.

Я наслаждался происходящим, чувство, когда в реальности, а не в фантазиях, за просмотром порно, раздеваешь красивую, податливую девушку... Этот момент, кстати, в порно, меня больше всего раздражает, там снимают сексапильных девок, которые встречают сантехников практически в одних трусах и чулках, а через мгновение — они уже голые. Нет момента раздевания, ты не воспринимаешь эту актрису как реального персонажа, не ассоциируешь её с той красивой девушкой, к которой тебе повезло прижаться в давке утренней маршрутки или с одногруппницей, которая в обед в студенческой столовке выронила телефон и, нагибаясь, случайно засветила край трусиков, а потом затравленно, озираясь вокруг, судорожно одергивала своё обтягивающее платье.

Продолжая гладить тело Вики, я спустил уже раздражающую меня рубашку с её плеч, освобождая доступ к лифчику, а потом Вика, извернувшись руками, окончательно сняла ее сама. Я просунул руки По моим ощущениям ее идеально гладкая кожа под моими руками иногда покрывалась мурашками и становилась бархатной, что позволяло мне определять, когда девушке особенно приятно.

Я просунул руки под обе чашечки лифчика и осторожно нащупал ее твердые соски и нежно сжал их пальцами. Девушка вздрогнула.

— Осторожно, эта часть моего тела очень чувствительна. — выдохнула она.

Я просунул обе руки за ее спину, нащупал замок лифчика и попытался его расстегнуть. Вслепую расстегивать лифчик девушки, особенно, когда этого не делал раньше — занятие не для слабаков. После нескольких неудачных попыток, Вика предложила:

— Давай помогу.

Она завела руки за спину и ловко расстегнула замок. Мягкая ткань лифчика потеряла опору и упала ей на колени. Ее грудь почти не провисла после потери поддержки белья и теперь была полностью обнажена. Кожа вокруг сосков чуть заметно контрастировала своей белизной в сравнении с остатками летнего загара всего остального тела. Сами аккуратные соски призывно смотрели на меня, темнея на фоне белоснежной кожи аппетитных полушарий.

Вика посмотрела мне в глаза, потом опустила взгляд на свою грудь, потом снова на меня:

— Нравятся? — смущенно спросила она.

— Очень. — искренне ответил я.

Я наклонился и осторожно прикоснулся губами к одному из них. Удивился, какая у него бугристая поверхность. Лизнул. Потом обхватил губами весь околососковый кружок и вместе с ним уже начал иступленно сосать, не забывая облизывать языком все, что попало в рот. Вика от моих ласк вздрагивала, кожа ее снова стала бархатной. Одной рукой она обхватила мою голову и прижала ее к своей груди, а второй гладила мои волосы. Наигравшись с одним соском, я перешел ко второму, но про первый не забыл, накрыл его рукой и круговыми движениями почесывал им внутреннюю сторону своей ладони.

Когда мне надоело облизывать ее грудь, я слегка подтолкнул Вику, понуждая лечь на полку. Она легла на спину, подложив под голову подушку. А я прилег рядом и, решившись наконец-то ее поцеловать, коснулся губами уголка ее губ. Сначала осторожно, как бы пробуя на вкус, потом все смелее и настойчивей. Вика отвечала, ее рот чуть приоткрылся, пропуская внутрь мой язык, где я уже хозяйничал на всех правах — провел по ее зубам, по внешней стороне десен, потом проник еще глубже и коснулся ее языка. Губы у Вики были расслаблены, мягкие, чуть влажные, пикантный аромат алкоголя с них ничуть не портил впечатление и лишь дополнительно сводил меня с ума. Дав мне исследовать своим языком свой рот, девушка пошла в гости уже ко мне. рассказы эротические Провела язычком сначала по моим губам, а потом упруго вошла мне в рот, сходу проникнув в самую глубину, прошлась по небу, по внутренней стороне десен, приласкала со всех сторон мой язык.

Вдоволь нацеловавшись, я, ни на секунду не отрываясь губами от ее тела, спустился вниз, к ее штанам, которые уже откровенно меня раздражали одним только фактом, что они до сих пор надеты на девушку. По пути я снова задержался у ее груди, Взявшись обеими руками, я чуть потянул их вниз, намекая Вике, что неплохо было бы лишиться этой части одежды. Вика намек поняла и чуть приподняла бедра, позволяя снять с себя еще одну деталь туалета. Подавив в себе желание сорвать штаны сходу, я медленно тянул их с бедер девушки, внимательно впитывая и запоминая момент, когда показался верхний край ее черных трусиков, когда они оказались полностью на виду, в том числе та часть, которая скрывала самую интимную женского тела. Дальше я уже просто сорвал с нее штаны и откинул их в ноги

Теперь девушка лежала передо мной почти обнаженная, из всей одежды на ней были только трусики и следочки телесного цвета. Видно было, что Вика сильно смущена, под моим изучающим взглядом она непроизвольно прикрыла рукой свои груди и сжала ноги, стараясь прикрыть от меня бедром зону бикини трусиков.

— Не смотри на меня так. — попросила она. — Ты на меня так смотришь, я чувствую себя как будто под светом софитов голая в телестудии.

— Ты восхитительна. — прохрипел в ответ я, приблизив свое лицо к ее паху, обеими руками обхватил ее бедра.

У меня возникло дикое желание ощутить запах девушки. Запах там. Красивая, ухоженная девушка, следит за собой, модно и стильно одета, вопрос — как она пахнет там? Причем вопрос в то время стоял так — насколько приятно девушка пахнет? У меня даже в мыслях не было, что молодая, приятная во всех отношениях девушка может в промежности пахнуть неприятно.

Терпкий, сладковатый запах Викиных трусиков ударил в нос, ощущение, что я нюхаю женщину между ног, закружило голову так, что у меня даже на мгновение ослабли руки и все тело покрылось холодным потом. Помню еще непонятный мне запах сирени и пикантные нотки мочи, куда уж без них, второй день в дороге, но, тем не менее, все безумно нравилось. Рукой подцепил край ее трусиков, отодвинул в сторону, обнажая половые губы девушки (письку? влагалище? пизду? — не знаю). Мелко и часто дыша, мой мозг с жадностью впитывал и запоминал новые для него запахи.

На несколько секунд отстранился, чтобы стянуть с нее трусики и снова улегся на место, внимательно рассматривая женскую красоту. Аккуратно выбритый, без эпиляции, лобок, мясистые половые губы надежно скрывали интимный внутренний мир Вики, откуда выделилась белесая полупрозрачная капелька женского секрета. Конечно же, капельку я попробовал на вкус, слизнув ее прямо с того места, откуда она появилась. Секрет пах чем-то нереально возбуждающим, чем-то теплым и сладким, но был совершенно нейтральным на вкус, но губки оказались очень мягкими и податливыми и мой язык неожиданно легко провалился между ними, где ощутил новую гамму вкусов — солоновато-кисленьких с оттенками горечи.

Мельком глянул на лицо Вики. Если раньше она внимательно следила за моими реакциями на ее все более обнажающееся тело, то теперь ее глаза были прикрыты, рот наоборот — приоткрыт, иногда она быстро облизывала языком свои губы. Неужели она завелась? Это открытие воодушевило меня. Чтобы мне было удобнее, я раздвинул ноги Вики, теперь у меня был доступ и к попе Вики. Коричневое пятнышко между ягодиц, размером с рубль, стягивалось морщинками к центру, к маленькому тугому отверстию. Я провел пальцем вдоль ягодиц к нему и попробовал воткнуть палец внутрь попы. С трудом, но у меня получилось. Но не успел я осознать нежность, скрывающуюся за анусом, как Вика чуть вздрогнула, и, напрягая ягодичными мышцами, вытолкнула мой палец наружу.

— Не надо. — выдохнула она. — больно.

Ну не надо, так не надо. Прижавшись ртом к промежности девушки, я, мощным мазком языка, прошелся от промежности, по половым губам до границы, где начиналась узенькая полоска интимной прически Вики. В самом конце пути, где губки смыкаются вместе, языком нащупал уплотнение, размером с вишневую косточку. Клитор — догадался я. В подтверждение моей догадки, когда я коснулся его языком, Вика чуть заметно дернулась.

Еще пару раз пройдясь языком вдоль влагалища, я решил полностью сосредоточится на своей находке. Языком я наворачивал вокруг него круги, кружил восьмерки, с силой облизывал сверху вниз и слева направо, иногда, когда язык уставал, я плотно обхватывал горошину губами и мощно засасывал ее в себя. Я пробовал помогать себе и рукой, смазывал указательный палец женской смазкой, обильно вытекающей из Вики, и нежно массировал им клитор, но по реакции Вики понимал, что это ей меньше нравится. Вика теперь не просто подрагивала в такт моим ласкам, теперь все ее тело беспрерывно сотрясалось в наслаждении. И при этом, что удивительно, Вика молчала. Она мелко подбрасывала своим тазом, при этом иногда достаточно чувствительно ударяя своим лобком по моим губам, ее ноги то раздвигались по самое не могу, то сильно сжимались, при этом моя голова настолько сильно фиксировалась в определенном положении, что я начинал бояться, что Вика просто свернет мне шею. Руками она судорожно ерошила мою прическу, и в те моменты, когда моя голова плотно фиксировалась ее потными ляжками с двух сторон, ее руки сильно пытались еще больше прижать мою голову к влагалищу девушки.

Сам момент ее оргазма я не заметил. Просто после очередного судорожного сжатия бедер, Вика громко выдохнула и вдруг резко расслабила все свои мышцы. Я недоуменно оглядел ее — девушка лежала тряпичной куклой, глаза ее были прикрыты, на лице — блуждающая улыбка.

Я оторвался от нее, погладил ее по руке и испуганно спросил:

— Что?! Тебе плохо?

Она чуть заметно мотнула головой, ничего не сказала. Я сидел рядом с ней, не зная, что делать, просто поглаживал ее по влажному от пота бедру. Чувствовал себя глупо, не понимая, что происходит.

— Все хорошо. — прошептала девушка спустя пару минут.

— Ты... кончила? — спросил я и покраснел.

Вика кивнула.

— Это было... — она помолчала, подбирая слово, — потрясающе. — Вика смущенно улыбнулась.

С некоторым усилием она села на кушетку и оглядела меня, мое лицо, все испачканное ее выделениями, задержавшись взглядом на том месте, где мои трусы оттопыривались моим болтом.

— Бедный мой, натерпелся. — пожалела она меня. — ну ничего, сейчас и до тебя дойдет очередь.

Вика покопалась в своей сумочке, вытащила несколько влажных салфеток и сама вытерла мне лицо. Знакомый запах сирени. Вот почему у нее там пахло так! Интимная гигиена в дороге при помощи влажных салфеток.

— Как ты хочешь? — спросила она, когда закончила вытирать меня.

— Я... хочу сзади. — решил я.

— Хорошо. — согласилась Вика. — только осторожно, у меня сразу после этого там... очень чувствительно. — предупредила она меня.

С этими словами она развернулась ко мне спиной, уперлась локтями в кушетку и выгнула спину в пояснице. Ягодицы ее разошлись, снова открывая божественный вид на все интимные дырочки Вики. Я несколько секунд полюбовался на ее коричневое пятнышко ануса, на раскрасневшиеся половые губы, потом нежно провел пальцем от клитора до сморщенного колечка ануса. Есть в этой женской позе какое-то откровение, демонстрация женщиной своего доверия мужчине, стоящему сзади. Что-то вроде — смотри, я открыта тебе вся, не навреди мне!

Я оттянул кожу с головки хуя, головка блестела, и я решил, что, какой-то смазки дополнительно не нужно. С этими мыслями и осторожно приставил хуй к влагалищу и надавил. Естественно, по неопытности я попал не туда. Вика дернулась вперед, потом вернулась на место, но теперь решила направить меня в нужное место сама. Взяв в руки член, она приставила его к своему сокровенному входу, дождалась когда я подам вперед и член начнет входить в нее, после чего снова уперлась обеими руками о кушетку.

Примеряясь к партнерше, я пару раз качнул, не вставляя болт на всю длину, потом медленно ввел хуй на всю глубину, на которую смог, так что моя мошонка коснулась женского лобка, вытащил почти полностью и уже потом, крепко обхватив свою попутчицу за бедра, начал размеренно ее долбить.

Вот тот момент, о котором я мечтал с того момента, когда я, будучи подростком, первый раз посмотрел какую-то порнушку в интернете. Мне казалось, что мой первый раз будет чем-то божественно восхитительным, момент соприкосновения моего члена с женским влагалищем представлялся мне чем-то безумно приятным. Реальность несколько меня разочаровала, непосредственно сам секс оказался каким-то вполне обыденным процессом. Предвкушение интима, прелюдия, когда ты еще не знаешь, получится или нет, когда ты только соблазняешь партнершу (или тебя соблазняют?!) — на деле оказалось более волнительным и приятным процессом. Но конечно, все эти мысли заглушало ощущение обладания женщиной, красивой сексуальной, знающей себе цену женщиной! Встретившись с такой на улице взглядом, я в полной в себе неуверенности, скорее всего, отвел бы взгляд. Да, помечтал бы, представляя, какова девушка

без одежды, но при этом бы жутко боялся бы, что она догадается о моих пошлых мыслях. А сейчас она, податливой куклой позволяет мне долбить себя в свою пизду, выставляет напоказ свою заднюю дырочку, позволяет лапать ее за ягодицы, по хозяйски держать за бедра и щупать за сиськи, покачивающееся от твоих ударов.

Амплитуда и темп фрикций возросла, я вытаскивал хуй почти полностью и вгонял на всю длину, мои потные яйца с хорошо слышными шлепками били девушку по промежности. Судя по всему, Вика начала снова заводиться, со своей точки зрения мне прекрасно было видно, как ходуном ходят сокращающиеся мышцы ее ягодиц, она начала мне подмахивать, двигая тазом в такт моим ударам. Я слышал, некоторые парни боятся кончить раньше времени, я меня такой проблемы не было — я боялся, что Вика кончит второй раз, а я нет. Хорошо смазанное влагалище не давало никакого трения, мой хуй как будто входил в масло, скажем так, жизнь меня к такому не готовила.

С этим надо было что-то делать, я ладонью несколько раз слегка хлопнул Вику по попе, вычисляя реакцию девушки на это, а потом размахнулся и ощутимо шлепнул ее по ягодице. Вика дернулась и вдруг затряслась в судорогах оргазма. Все ее мышцы сильно напряглись, колечко ануса скрылось между двух ставших каменными ягодиц. Член мой зажало интимными мышцами влагалища, вдруг появилось трение. Теперь каждый мой качок вдруг стал приносить все большую волну наслаждения. Р-р-раз — первая волна пришла куда то в мошонку и разошлась по бедрам мелкими мурашками. Два-а-а — вторая волна дошла до паха и куда-то до основания члена. Входить в Вику стало значительно труднее, девушку била волна оргазма, ее дырочка стала очень узкой и не такой гостеприимной. Тр-р-р-и! Третья волна дошла уже до головки, я прямо чувствовал, как она наполняется удовольствием и, не дожидаясь, когда она им переполнится и взорвется, быстро размахнулся и... чеетырее! Оргазм взорвался одновременно внизу, в виде невыразимого наслаждения расстреливающей разгоряченное нутро партнерши головки и в мозгу, вспыхивая какими-то молниями в потемневших глазах.

В какой-то момент я вытащил из Вики болт, основная порция спермы попала ей на бедра и на пол, но первые две три порции остались внутри нее. Обессиленный я лег ей на мокрую спину, с меня самого стекали на нее тяжелые капли. Потом, тяжело перекатившись, я рухнул на кушетку. Вика еще помедлила и тоже легла рядом, положив голову мне на плечо.

— Ну ты мачо. — одобрительно выдохнула она.

От двух разгоряченных тел в купе ощутимо пахло потом и сексом. Говорить не хотелось. Хотелось выпить и покурить. Вика устало села, вяло осмотрела себя, взялась за привычные салфетки. Наблюдая за ее туалетом и одеванием, я обнаружил, что возбуждения нет, я был полностью опустошен. Впрочем, ощущения брезгливости, какое обычно бывает к порноактрисам, когда только подрочишь, тоже нет. Было огромное чувство благодарности к женщине, подарившей сегодня тебе свое тело и удовлетворившее твое самое основное желание, которое может быть у мужчины к женщине.

— Отвернись, — попросила она.

Не самая логичная просьба, но я спорить не стал. Молча оделся, пошел в тамбур покурить. На обратном пути я прошел мимо купе к проводникам, уточнил сколько я должен им за чай и за пиво, расплатился. Когда вернулся в купе — Вика уже привела себя в порядок, приготовила себе постель, погасила верхний свет и легла. Горел только ночник над моей постелью.

Я тихо привел в порядок свое место, тоже лег. Под стук колес глаза начали наливаться тяжестью.

— Спасибо. — вдруг сказала Вика. — я думала, что у меня с личной жизнью все хорошо. Но так меня даже муж не заводил.

— Тебе спасибо. За... — помолчал, — просто спасибо.

— Спокойной ночи.

— И тебе спокойной ночи.

Поезд в Москву пришел рано утром. Я помог Вике вынести из вагона ее багаж, где передал ожидающему у вагона мужу — парень выглядел в точности, как его описывала Вика. Он коротко, остро скользнул по мне взглядом, взял с перрона сумки и они оба пошли в сторону выхода в город.

Я курил, провожая их взглядом. У меня не было ни зависти к ее мужу, ни какого-то чувства злорадства, как у какого самца к сопернику. Мне досталась на время женщина, которая сделала из меня мужчину, я умел ценить что мне достается. Я погасил сигарету и тоже направился на выход. Впереди у меня была целая неделя каникул, я надеялся, что она пройдет также как и началась.

   

   
   

   

   

   
© Lovecherry.ru. Все права защищены!