— Так ты что отсосала у него, будучи в браке со мной?
— Ну, секса же не было! А ты сам говорил «Отсос — не измена». Разве не так?
— Говорил — говорил, но так никогда не поступал!
— Ну, слава богу, что ТЫ ни у кого не отсасывал!
— Очень смешно. Я не это имел в виду...
— Я знаю, ЧТО ты имел в виду. Вообще, все это было давно и неправда, у нас тогда был сложный период на грани развода, потому все так и получилось. Ты сам вызвал меня на этот разговор, хотел узнать обо мне какую-нибудь тайну. Ну вот, узнал? Доволен?
— Более чем.

Они лежали на скомканной постели, после вяленького супружеского секса. На столике стояла полупустая бутылка шампанского. Еще одна — опустошенная — стояла на полу.
Он безразлично пялился в телевизор. А она лежала подле, наполовину выпростав обнаженное тело из-под одеяла и машинально накручивала цепочку на шее на палец.
— А я ведь для своих 37-ми еще очень даже ничего, другие меня бы горящими глазами раздевали, а ты уже и не смотришь даже. — Обиженно пробубнила она, поднимаясь с постели, — Ладно, спать давай. — Она прошла к тумбе и накинула на плечи коротенький халатик.

Пока она шла за халатом, он бросил на нее быстрый взгляд, на изящную линию спины, чуть широковатые плечи и еще довольно упругие развитые ягодицы, стройные длинные ноги. «Очень даже ничего... но не возбуждаешь, привык уже!» — подумал он про себя, ничего не ответив вслух.
— Я на следующих выходных к Альке в Рязань поеду. — Погасив свет и укладываясь сказала она.
— Чего это?
— Кое — что из вещей ей отвезу, да и так проведаю.
— Ты же знаешь, как я отношусь к этим твоим поездкам. Алевтина вполне взрослый и самостоятельный человек и не нужно...
— В первую очередь это наша дочь! И мне хочется иногда проведать ее!
— Слишком уж часто. Такое ощущение, словно ты не к ней ездишь, а завела там кого-то.
— Может и так. Тебе-то что с этого? Ревновать будешь?
— Съезди, съезди, может отсосешь там у кого. Отсос ведь не измена.
— Да и отсосу, что думаешь слабо, что ли?
— Давай! Удачи!

Спустя 6 дней она писала ему в мессенджер из рязанской квартиры дочери.

«Привет! Доехала хорошо! С вокзала таксист всю дорогу разговорами развлекал. Познакомились, предлагал сегодня экскурсию по городу устроить!»
«Привет. Рад. Согласилась бы.»
«Чтоб ты меня потом с потрохами сожрал своей ревностью? Нет уж»
«Зачем тогда мне это все рассказываешь?»
«Просто, потому что совершенно чужие мужчины обращают на меня внимание. А, ты, родной муж, видишь во мне лишь кухарку. На самом деле я сейчас отмокаю в ванной и жутко возбуждена! Ну почему ты не можешь хоть раз поехать со мной? Снова самой удовлетворять себя!»
«Ну так нужно было отсосать у этого таксиста. Он бы тебе не только экскурсию устроил»
«Да легко! Телефончик у меня остался, хочешь, прямо сейчас позвоню, договорюсь».
«Давай, я ж не против. Меня даже возбуждают такие мысли».

«А! Так значит, я тебя в образе шлюхи возбуждаю. Что ж, хорошо, уговорил! Только у меня есть более проверенный вариант. Помнишь, я рассказывала, с тренером познакомилась, у него как раз жена посменно работает, сейчас из душа выйду, наберу его».
«Давай, продолжай в том же духе. Можешь считать я поверил в весь этот бред»
«Сомневаешься?»
«Нет, что ты. Сам полчаса назад соседке в рот давал, не веришь?»
«А, ты в словах сомневаешься. Так я и доказательства сделаю. Для тебя все что угодно»
«Удачи на виражах!»

Спустя полчаса она звонила по телефону.
— Алло, Виталий? Это Элла, помнишь меня? Из Тамбова! Здо́рово, слушай, я в Рязани сейчас. Ты дома? Один? Можешь выручить? Дело нехитрое, займет минут 20 от силы! Скоро подъеду к тебе там все и расскажу, не по телефону. Нет, ничего не случилось, все, скоро буду!
Еще через час она проходила в светлую гостиную своего случайного знакомого, и присаживалась в кресло.
— У тебя выпить есть?
— Есть! Тебе вино или покрепче?
— Коньяк есть?
— Держи! — спустя пару минут он протянул ей пузатый фужер, на дне которого плескалась янтарная жидкость. Она задумчиво покрутила содержимое фужера, оставляя на прозрачных стенках маслянистые разводы, и махом влила терпкий напиток в рот.
— Жена на работе? — отдышавшись, спросила она.
— Да. До восьми.
— Значит так. Такое у меня к тебе дело. — От выпитого ее щеки зардели румянцем и глаза заблестели, — понимаешь, я с подругой поспорила и теперь мне спор этот нужно кровь из носу выиграть!
— А в чем суть спора?
— Мне нужно у тебя отсосать!

— Что?
— Ну отсосать, в рот взять, минет тебе сделать и чтоб результат налицо. А ты меня сфоткаешь на мой телефон и все. Я знаю, звучит безумно и глупо, но такие вот мы бабы дуры, принцип для нас порой важнее многого другого. Поможешь? — Он с сомнением смотрел ей в глаза и понимал, что она не шутит. — Ты в итоге ничего не теряешь, еще и кайф получишь, да и жена твоя ничего не узнает. Выручай! Как мужик!
— Черт! — усмехнулся он, тряхнув коротко остриженой головой. — Спонтанно так. Тут настрой нужен!
— А! Понимаю! Не возбуждаю я тебя? А так? — она задрала легкий подол юбки до середины бедер, обнажив загорелые стройные ножки, в туфельках на шпильках. Расстегнула несколько верхних пуговиц блузы, немного обнажив полушария грудей. Распустила хвост, рассыпав светлую кудрявую гриву по плечам и провела язычком вокруг пухлых губ, прожигая его похотливым приторным взглядом глубоких серых глаз.

Этого было достаточно, чтоб член запульсировал в его штанах, набухая от приливающей в него крови.
— Иди ко-мне, — сладенько позвала она, и он подчинился ее призыву.
Теперь все ее внимание занимал набухший бугор в области паха. Мужчина, подойдя к ней, снял футболку, поигрывая перед ее лицом кубиками пресса, а она стянула с него спортивные штаны вместе с плавками до колен и мысленно присвистнула, произнеся:
— Ого! Какой богатырь!
Она взяла холодными от волнения руками его член и оголила головку. Лишь секунду побыв в замешательстве, женщина погрузила нежную плоть в рот. Мужчина блаженно заворчал, а она уже начала делать привычные движения, погружая головку все глубже и нежно лаская горячую плоть губами и языком. Параллельно одна ее рука ходила по стволу, а другая теребила яички то легонько стискивая их, то ослабляя хват.

Причмокнув, выудив головку члена изо рта она, тяжело дыша, сказала хриплым голосом:
— Предупреди только, когда кончать будешь, чтоб я вытащила. На лицо брызнешь, только, пожалуйста, постарайся не на волосы.
Она встретилась с ним глазами, он кивнул, и женщина продолжила ласкать его.
Через пару минут он прошипел:
— Сссс! Сейчас!
Она вынула член и касаясь нижней губой уздечки и принялась самым кончиком язычка ласкать широкую щелку, откуда незамедлительно хлынул поток семени.
Первый толчок был несильный, и горячие капли попали на верхнюю губу, а следующая струя, перечертив бровь, достигла лба. Он немного сместил член, и другие вязкие потеки его спермы выплеснулись ей на щеку и подбородок. Как в лучших жанрах порнофильмов, в завершение она взяла головку в рот, и высосав из канала члена остатки семени, выпустила тонкую струйку на подбородок, с которого несколько капель сорвались на выпирающие в расстёгнутой блузе полушария грудей.
— Ну как я выгляжу? Картина маслом? Результат на лице? На, сфоткай меня скорее, а то уже кожу начинает щипать! Только пусть еще и член в кадре будет...

Фото шокировали мужа! И это был не фотошоп, в этом он был уверен на 100%. Густые потеки спермы покрывали большую часть лица его жены, и при этом она похотливо улыбалась перемазанными семенем губами и смотрела в камеру похотливым блядским взглядом. А сбоку, пусть и не в фокусе маячил внушительных размеров член.
Первая реакция его была разбить телефон о стену, но наряду с гневом он ощутил в штанах неистовое животное возбуждение. Его трясло, но

он не мог понять: от гнева или от желания. Он и раньше замечал за собой, что при мысли о том, что его жену трахает другой мужик, что она может изменять ему, пробуждало в нем какое то дикое возбуждение. Он, конечно, гнал прочь эти мысли, считая это ненормальным, но возбуждаться меньше от таких мыслей не стал!
Мужчина безрезультатно несколько раз пытался звонить ей, но номер был отключен.

Она сама позвонила ему спустя пару часов и начала как ни в чем небывало:
— Привет! Не потерял меня?
— Почему ты отключила телефон?
— Не хотела выслушивать твой скандал. Ты же вспыльчивый, но быстро отходчивый! Теперь мы можем спокойно поговорить?
— Зачем ты это сделала?
— Ты же сам был не против. Не помнишь? Сам отпустил и еще удачи пожелал!
— Я не думал что ты всерьез!
— А ты вообще давно уже не воспринимаешь меня всерьез! Разве не так? Может, после этого случая начнешь?
— Черт! Ты отсосала у какого то парня, скинув мне фотку твоей обкончанной морды и говоришь что сделала это чтоб я воспринимал тебя всерьез?
— Именно!
— Ты мне изменила! Ты сосала у него!

— Подумаешь, сосала. И что? Секса не было. Он меня не трахал. А отсос не измена, ты сам говорил. Вот я и проверила на практике. И ничего не произошло. Подумаешь, чужой член в рот взяла! Это не больше чем сделать пару затяжек чужой сигаретой или глотнуть из чьей-то бутылки пару глотков пива. Я лишь хотела показать, что могу быть серьёзна в своих намерениях.
— Приедешь, шею тебе сверну.
— В таком случае я и не приеду!...

Спустя сутки он встречал ее на вокзале с огромным букетом цветов.
«Ого! — Подумала она. — Такого букета мне уже лет 15 не дарили».
Выйдя из вагона, она привычно обнял его, но он не торопился приблизить лицо для поцелуя.
— Я очень хорошо отмылась! — четко произнесла она. — Или теперь никогда больше меня не поцелуешь?
Ее глаза снова приняли тот приторный блядский оттенок, а пухлые губки едва разошлись в легкой улыбке.
И он притянул ее, и обнял так, что, кажется, хрустнуло что-то в позвоночнике и стало тяжело дышать. А потом он поцеловал ее, да так что губы тут же запекло огнем. Он не целовал, а сосал их, втягивая в рот и грубо кусая зубами, что еще больше распалило ее страсть. И внизу живота, внутри ее женского естества не то, что было горячо и мокро, там словно бурлило что-то! Она ощущала, как его твердый конец упирался ей в бедро.

Выпустив ее из объятий, он крепко схватил руку и потащил ее, размахивая в такт движению так и не подаренным букетом.
Первый секс произошел тут же на заполненной машинами парковке, прямо на заднем сиденье их джипа. Благо окна там были тонированы. Он был груб, неистов и скоротечен.
А уже потом, приехав домой он подхватил ее на руки и отнес на постель, прямо в сапогах на белоснежные простыни. И он был с ней и ласков и груб, и нежен и хищен.
Следующие дни были похожи на секс марафон. Он не давал ей прохода и трахал везде, где приспичивало. И она была не против этого. Это было утром пока она чистит зубы, и вечером во время душа, на кухне и на полу. В кладовке и на балконе в полнолуние. И он постоянно хотел ее и член его пыл постоянно тверд, горяч и неутомим.

В один из вечеров после очередного бурного секса от которого у нее приятно побаливало все внутри, а во рту было терпко от проглоченной спермы (муж мирно посапывал откинувшись на подушки), ей не спалось, и она прокручивала события последней недели. В задумчивости она провела пальцами по его члену, и он тут же начал набухать, набирая силу.
Она поразилось его стойкости и, спустившись вниз, вновь взяла в рот набухший член мужа.
«Не такой огромный, как был у тренера, но зато более привычный и родной. И теперь есть с чем сравнивать!» думала она, усердно лаская головку члена.

P. S.
— Я на следующих выходных к Альке собираюсь... Ну, если отпустишь, — однажды утром заявила она мужу.
Он как то странно посмотрел на нее, ничего не ответив, но в глазах его вспыхнул дьявольский огонь...

   

   
   

   

   

   
© Lovecherry.ru. Все права защищены!