Судьба окончательно сводит Егора с Айгуль. Евгений делится историей своего первого полового акта. Первая клиентка — бывшая баптистка, совсем не искушённая женщина. Её насилует... супруг.

Смывать пот и грязь пошли в сауну. Время было позднее — купались быстро. В парилке остались Вера, Егор и Айгуль. Вера просто грела косточки. Егор подсел к Айгуль.

— Интересные вы мужчины. Я так же сложена как Нина, Лена. Разве не всё равно со мной или с кем-то из них? — Женщина решила взять Егора «на слабо», тем самым скрывая своё согласие.

— Ладно, будем считать, что Юра и Женя одинаковы по комплекции. Тебе всё равно?

— Нет. Юру я люблю.

— Нет, я про секс, любовь пока не будем трогать.

— Юра лучше...

— Мне тоже чтобы узнать разницу надо попробовать с тобой. Вера, для тебя кто лучше?

— Сейчас Вадим, раньше был Юра. С Вадькой у нас есть общие интересы. С Юрой только секс.

— Вот видите! Есть разница. Вы женщины также пахните по-разному, стоните. Столько нюансов можно подобрать.

— Я ополоснусь, высушу волосы. Принеси красного вина... Вер, пока! — Смутная ассоциация с Еленой, встречавшей Виктора, проскользнула в сознании Егора, от вида повиливающей задницей Айгуль, но продолжить логическую цепочку мужчина не захотел.

***

Давно Егор не собирался к женщине как на свидание. Побрился, побрызгал дезодорантом подмышками и по интимной зоне. Накинул на плечи шёлковый халат. Долго всматривался в бокалы, выискивая загрязнения.

— Заходи, зачем стучишься.

— Извини... , вина сразу налить?

— Себе, сразу. Мне потом... Хотя, давай и мне сразу. Выпьем за знакомство... Ты меня извини, я первый раз изменяю мужу. Говори, что должна делать изменщица, как себя вести.

— Во-первых, не волноваться — муж далеко, внезапно не вернётся. — Егор понял, что женщина хочет игры. — Во-вторых, считать меня своим единственным. Я твой муж, ты моя жена.

— О, муж мой, ты устал на работе, а тут ещё я лезу со своими желаниями...

— Нет, что ты, не настолько я обессилил, чтобы отказываться от супружеских обязанностей.

— Однако же пять предыдущих дней ты отлынивал... Я понимаю, что секс равносилен разгрузке вагона с углём. Так что сегодня, если ты не устал, будь добр разгрузи все вагоны.

— Милая, но шесть вагонов за ночь! Не устанет ли «топка»?

— «Топка» выдержит. Лишь бы «лом» с «лопатой» не подвели.

Вино было допито. Женщина раздета. Одно движение рукой и мужчина тоже оголился. Айгуль подошла к нему, встала на цыпочки, обняла за шею, подставила губы для поцелуя. Пенис углубился в мягкость живота, пульсировал желанием. Она взошла на ложе, потянула Егора за собой. Стоя на кровати, она продолжала принимать поцелуи. Затем оба мягко осели, легли, не переставая лобызаться.

— Милый, для разгрузки вагонов тебе нужна не только сила, я помогу тебе, чем ты хочешь. Но Егор Павлович, не анально. — Добавила женщина, на мгновение, выйдя из игры. — Я вся... , какая пошлость, твоя.

— Согласен пОшло. Но я за тебя уплатил государству пошлину в ЗАГСе. У меня даже справка имеется. Вот тут написано использовать по своему усмотрению. А! Вот приписка — без анального отверстия. Скупой я, надо было доплатить за коричневый глазок.

— Коричневый глазок?

— Сфинктер.

— А-а-а-а. Милый, может, начнём? В «топке» уголь кончается.

Егор проверил пальцем достаточно ли в «топке» «мазута». Лёг на женщину, она легонько пошевелилась, укладываясь удобнее. Также Нина укладывается. Сама взяла член в руки, ввела в себя, поправив малые срамные губы. Супруга абсолютно также делает. Разведённые ноги также лежали по бокам его ног. Также начала подмахивать, подняв их выше его ягодиц. Отличия заключались в более мягком теле, на Айгуль было приятнее лежать. Но не сказать, что на Нине, он мучился, наминая бока. Стоны были продолжительнее, запах феромонов кружил сознание по-другому. Влагалище Айгуль было глубже Нининого, но поУже — мышцы плотнее охватывали пенис.

Этот мужчина ей сразу понравился, ещё в минуты первого общения. Он тактично поцеловал её пальцы при знакомстве, без наглости разглядывал её тело. Это он сравнил шрамы с останками крыльев. По правде сказать, если бы её предложили выбор между Юрой и Егором, она, не задумываясь, указала на зрелого мужчину. Чего таить-то? Многие люди... Нет, не так! Абсолютно все здоровые люди, (хотя и больные тоже) приезжают на курорты в поисках сексуальных утех. Так и она, прихватила с собой спиртного для возможного знакомства с мужчиной. Желательно её возраста, имеющего необходимый опыт флирта. Егор с первых минут попал в список возможного любовника, даже не смотря на женатость. А фАтум видишь, как распорядился.

И вот, пенис этого зрелого мужчины проник в неё. Он меньшего размера, чем у парня, не так уверенно ощущается во влагалище, но энергетика соития абсолютно другая. Фрикции, поцелуи, ласки руками, бёдра, шире разводящие её ляжки. Волосяной покров жёстче. Особенно на тех же бёдрах.

Нет. Такая позиция с ним ей не нравилась. Айгуль попросила его лечь, поднялась во весь рост над тазом мужчины. Приседая, смогла взять ствол пальцами, направила головку в щель. За секунды головка успела охладиться. Теперь яснее было, до какого места в трубе доходит плунжер. Она знала, где её шейка, откинулась назад, опершись на руки. Вот прохлада чмокнула в губы шейку. Она принялась двигать только ягодицами, изламывая ствол, но ему было приятно — как застонал.

Большой палец мужчины, намоченный слюной, попал в точку спайки. Женщина шире развела бёдра, облегчая доступ. Вторая рука мужчины ласкала её любимый левый сосок. Как она часто кормила именно этой грудью Асель. Оргазм, замешанный на восприятии мужчины и ребёнка, сковал ноги, таз женщины.

— Можно считать этот оргазм первым разгруженным вагоном, милый. Желаешь больше страсти?

— Так это не предел? Мне показалось...

— Показалось... , и ты отдайся ей, выкладывая в ответ больше... Я лягу на живот, подложу подушку под него. Назовём эту позицию уроком биологии, «скальпель» у тебя наточен, препарируй моё тело.

Егор, помня о желании большей страсти, не стал церемониться. Вогнал пенис сразу до упора бёдрами в ягодицы женщины, она мгновенно приподняла таз выше, подлезла рукой к губкам, расправила их, яростно встречала штыковую атаку, выбрасывала щит мягкостей навстречу колкостям волос. Как в настоящем бою они оба вскрикивали. Глубоко дышали. Егор устал опираться на руки, лёг на спину Айгуль, подлез рукой к гениталиям, придавил пуговку клитора. Женщина сильнее выгнула спину навстречу пенису. Мгновенно началось извержение. Член пульсировал, ударяя головкой о шейку матки. Айгуль вскрикнула, клещи охватили пенис.

Как кузнец удлиняет заготовку? Кладёт её на наковальню и начинает вытягивать, удлиняя размер, так и вагина вытягивала пенис, одновременно высасывая остатки эякулята.

Айгуль долго лежала, прислушиваясь к изменению размера пениса — габариты начали уменьшаться сразу во всех направлениях. Успела вставить тряпочку, задерживая поток лавы.

— С уверенностью могу сказать, что ты, милый мой, перестарался, как стахановец выгрузил остальные вагоны.

— Пять вагонов за раз? Вот что творит хорошая стимуляция, и помощь распорядительницы.

— Спасибо, Егорушка. Мне было очень приятно... Пойдём мыться. И по своим постелям.

— Ты позволишь навестить тебя...

— И не раз... Буду навёрстывать упущенное.

***

Женщина подмывалась дольше его. Он ждал её у дверей, провёл до спальни, поцеловал. Она глазами сказала: «Благодарю». Прикрыла дверь и мгновенно уснула. Не услышала, как он вернулся, лёг рядом и также провалился в объятия морфея.

***

— Погода сегодня располагает развести костёр, — сказал Евгений, глядя на последние всполохи солнца, — запечь картошечку.

— Точно! Давайте соберём дровишек. — Поддержала Ульяна. — Юра, съезди за картофаном.

Через час друзья таскали клубни, обжигая пальцы чистили, посыпая, солью наслаждались вкусом овоща. Зубы всех выделялись белизной, в обрамлении чёрных губ. Отблески костра окрашивали эмаль зубов оранжевым цветом.

— Несколько лет назад, я занимался альпинизмом. — Начал вспоминать Женя. — Этот сегодняшний вечер напомнил об одном из таких походов.

В поход пошли только парни моего возраста, с малым опытом туризма в горах. Посидели, послушали песни под аккорды гитары, кто мог подпевал Гришке, нашему заводиле, так же пекли картофан. Потом пошли спать по палаткам. А перед утром разыгралась гроза. Река, на берегу которой мы по несмышлености поставили лагерь, вышла из берегов и смыла всё в свой поток. Смыло и Гришку, пытавшегося выхватить из реки рюкзак. Мы кинулись спасать его, разбивая босые ноги о коренья деревьев. Мы трое остались живы, а Григория так и не нашли. Правда стихия и нас разделила, унеся друзей в поток. А я остался один в уральских горах.

Потеряв друзей, я забился под корень какого-то дерева и просидел там до окончания стихии. Пошёл вниз по течению реки, надеясь встретить людей. В одних трусах и майке, я быстро озяб от дуновения северного ветра. К вечеру меня уже не хило трясло от воспаления. Сил сопротивляться не осталось, упал на взгорке, где посуше и уснул.

Очнулся я в яранге у оленеводов. Голубое небо проглядывалось сквозь отдушину дымохода. Это первое чувство. Второе — моё голое тело ласкают чьи-то руки, разогревают массируя грудь. Ладони касаются моего полового органа. Возбуждают его мастурбацией. Червяк никак не хотел отвердевать, так и лежал вдоль бедра. Да я и сам то не очень шевелился, всё мне грезилась всякая фигня. Не понимал в реалии всё это происходит или это бред больного сознания.

Женщина легла на меня сверху, начала елозить по мне, показывая своё возбуждение. А я и не понимал, что она возбуждена, ведь я был девственником. Мне всегда казалось, что женские соски мягкие, нежные, а эти комочки царапали мои соски. Женщина начала целовать меня, перекрывая мне дыхание, так как сильный насморк мешал дышать через нос. Попытался оттолкнуть её, дотронулся до мягкого женского тела и уже не смог прекратить осязать его.

Женщина двигалась вдоль моего тела, всё чаще насаживаясь на восставший пенис. Временами он тыкался в ненужное место, временами окунался в жар вагины. Надевшись одним движением на член, женщина перестала сильно двигаться, дожидаясь моей реакции.

Толи это от болезни мне так показалось, толи это, действительно так и было, но акт продолжался довольно долго. С пОтом, с соплями меня покидала болезнь... Ну и, наверное, с первой порцией спермы, тоже часть микробов покинула меня.

Женщина вылезла из-под шкур, принесла мне травяного отвара, я попил и опять уснул. Проспал до утра следующего дня. Вылез из полога, накинул что-то на плечи и пошёл помочиться, облегчиться. Потом хозяева, немолодые оленеводы, отвезли меня к ближайшему посёлку. Я всматривался в тело и лицо супруги пастуха и не понимал, она ли это меня вылечила или это мои галлюцинации. Женщина сама развеяла сомнения: «Силён ты как мужчина. Заездил меня старуху. Живи долго и счастливо!»

— Сильно старая была? Семьдесят? — Спросила Алиса.

— Не знаю сколько ей лет, но думаю около пятидесяти, так как эти женщины стареют очень быстро. Я дурной даже не спросил, как их звать, как найти, если захочу отблагодарить.

— Предлагаю всем нам мысленно отблагодарить эту семью за спасение моего Женечки. Пусть они будут счастливы и здоровы. Слышишь, Господи! Здоровы и счастливы!

— А я считаю, что они и так счастливы, — начал свою речь Юра, — ведь не зря говорят: «Поступай со всеми так, как хочешь, чтобы поступали с тобой!»

— Мудрые слова. И этот рассказ потушил моё желание повторить двух смычковую игру. — Тихо сказала Ульяна. — Ради которой я сегодня здесь. Пойдёмте спать.

— Надо хоть рты омыть. — Женя начал тушить костёр.

***

— Пойдём к мамочке греться. — Сказала Алиса, выходя с Юрой из душевой. — ... Упс. Тут папочка греется.

Айгуль ночью просыпалась по малой нужде, не стала прогонять Егора, даже подлезла к нему под плечо. Она сразу проснулась от шёпота Алисы.

— Вернулись, мои любимые... О-о-ох. — Она потянулась, счастливая от приятного сна. — Сейчас я вас завтраком покормлю. Егор, ты что будешь, чай или кофе?

— Мне кофе, родимая. И булку с сыром. Алиса, накинь халатик, застели достархан. Вы же так привыкли завтракать.

— Пап, у тебя эрекция. Вот этот халат, наверное, твой... Юрка, а у тебя что? Эрекция на эрекцию папы?

— На то, как мамочка сладко потягивалась. ПИКЕ!!!

— Извини... Юрочка, любимый мой. Я не в состоянии. У меня сломался шаблон. Я ЕЁ РЕВНУЮ! Дура, да? И к кому? К собственному отцу. Точно сдурела... Шитель, сядь с папой на кровать. Не маячь мне тут перед глазами.

Мужчины сидели, прикрывая достоинства руками. Скоро пришла Айгуль, неся поднос с кучей бокалов и еды, вслед за ней пришла Настя с чайником в руке. Женщина суетилась, обслуживая друзей, Настя тоже помогала, чем могла. Подавала бутерброды, сладости. Подтянулись и остальные.

— Может, сделаем отдельную комнату для утренних чаепитий? — Предложила хозяйка.

— Нет! Нет! — Заголосили многие.

— Пропадёт энергетика. — Констатировал Егор. — Мы к этому уже привыкли.

— Ведь с чего началось? Айгуль начала кормить детей по утрам. Считай, прямо в постель им носила. Объединим две смежные комнаты. Поставим кровать для Айгуль. Пусть на ней спит и кормит деток завтраками. Согласны?

— Нужно стол на низких ножках сделать. Удобнее будет.

— Нет, ни каких столов, так же прямо на полу. Кучу подушек на пол, и продолжай кемарить и жевать бутерброды. — Точка, поставленная Верой, была окончательной. — Плохо, что сегодня не начнём делать... А хотя... Можно через окна лазить, двери запереть. Витя, пошли думать!

— Мамочки, Вера! Что на обед готовить? У меня кухарная книга в голове кончилась.

— Юра. Ты опять везучий, с Ульяной на жигулях за капустой и овощами. Стушите капусту с мясом.

— Ага. От бигуса будем пукать...

— Я тебя умоляю, Настя. Мало мы бздим украдкой? А тут хоть будем слышать, кто дунул. Ха-ха-ха. И напоминаю после обеда всё должно быть без оголённостей и тем более блядства. Лена! Слышала... ?

— Ты такая же. А фотографироваться?

— О чём, ты, мать?

— Юра нас хочет сфотографировать и продать... Тьфу, бля! Не нас продать! Снимки.

— Мужчины там не нужны, пусть ломают стены. А мы на озерцо.

— На машине поедем.

***

Айгуль, Алиса и Юра поехали верхом. Остальные на жигулях.

— Я рад за тебя, любимая! Ты так счастливо выглядела утром. Чувствовалась твоя расслабленность. Впервые мы увидели тебя потягивающуюся.

— Вы знаете, я на него положила глаз ещё в первый день. Думала, что, если он решится пофлиртовать, может и растаю для бОльшего.

— Мамочка, любимая, родненькая моя. Прости меня,

— За что?

— Я тебя возненавидела сегодня. Ты такая нежная, слабенькая, эротично потягивалась. Мне подумалось, что с нами ты в напряжении всегда.

— Да. Вы правы! Я была напряжена, но ночью я заснула под сопение мужчины, с которым у меня была ментальная тайная связь. Ниточка, связывающая нас, порвалась. Связь стала явной. И вы, родные мои, любимые человечки, в этой яви.

***

Юра поснимал тысячу кадров. Женщины предлагали и становились в разные позы. Устали как от физической работы. Особенно парень. Он надел шорты, так как эрекция, возникающая от эротических поз женщин, мешала ему. Нина взялась помочь ему. Подхватила плед, кивнула Юре следовать за ней. Завела его за кустарник.

— Ещё вчера я решила, что уведу тебя сюда. Побаивалась Егора, но видишь, как удачно загрузили папочку работой. Пике! Любимый! Пике! О-о-о-о-о-о-ах!... Быстро ты. Еле догнала тебя.

***

— Девочки! Можно я следующая? — Рита действительно ныла. — Он во мне всего разок был.

— Во мне ни разу, не плАчу. — Простонала мама Лена.

— Один раз был... — Сказала Ульяна

— Когда? — Хором спросили остальные, даже Лена, которая не помнила, чтобы у неё была половая связь с сыном.

— Он был в твоей дырочке. Тысячу процентов был. Не помнишь... ? Он проходил через твою щель при рождении.

— Тьфу, ты! Я уже подумала, что напилась до беспамятства.

— Ну, так можно? — Не унималась Рита.

— Да. Ты же у нас ещё не лошадь. Сегодня проведём обряд посвящения... Тьфу на тебя! Не с конём. С Юриком. Он исполнит роль коня. Айгуль ты как всегда руководишь. Лена, советую тебе не смотреть, очень завораживающее зрелище. Я буду с тобой... И Ниной... Херово, однако без хуя! Надо было Евгешу захватить.

***

Плохая из Риты лошадь. Ссала как слониха — широкая струя намочила даже Айгуль. Стонать начала сразу — не ржала, не фыркала. Айгуль села в сторонке, охватила ноги, положила лицо на колени и смотрела в противоположную сторону. Юре тоже такая игра не понравилась — как только появилось желание — кончил.

***

Гости приехали, как обещала Даша, в три часа. Марья Михайловна и Михаил Максимович. Вера начала показывать дом, знакомить с друзьями и «Клиентами».

— Вот ваша спальная комната. Санузел, к сожалению, пока не в номере, мы только начинаем работать.

— А можно узнать, кто уже воспользовался вашим...

— Конечно... Вот Елена Сергеевна не беременна, у неё овуляция только через неделю. И Рита, молодая девушка, решившая не дожидаться принца. Они не беременны. Остальные зачали.

— И вы?

— Знаешь здесь такая энергетика. Просто охота молодеть. — Вера на самом деле расцвела от признания себя способной зачать. — Айгуль, кстати, на самом большом сроке. Вот познакомьтесь — господин Синцов с супругой Ниной. В таком же возрасте решились на второго ребёнка... Да. Именно от нашего Юры. Юра, иди сюда, что ты там... ? Вот он наш уникум.

— Такой молодой. Сколько вам, молодой человек?

— Девятнадцатый год, сеньорита. У вас прекрасная супруга, сударь.

Тут, как по заказу во дворе раздалось ржание Тулпара, все взглянули в окно. Подошло время осеменения Розочки.

Амазонка, разметая зрителей, побежала к выходу, босая, выбежала к загону. Успокоила лошадь. Привязала её к ограде, держала за морду, не позволяя ей оглянуться, что там собирается делать конь. Он был уже опытный — длинный шланг быстро вошёл во влагалище Розочки, она пыталась дёрнуться, но Айгуль плотно ухватилась за уздечку. Когда конь, сделав дело, соскочил, пенис ещё сплёвывал хлопья спермы. Тулпар весело заржал, замахал головой вверх-вниз, как бы благодаря женщину за помощь.

Новые гости были в шоке. Вера и Даша умело обрабатывали их, называя территорию вокруг дома энергетическим конусом, куда из вселенной приходят оздоровительные потоки.

Вера, Даша, Егор, Женя и Михаил Максимович ушли в кабинет для обсуждения. Марья начала расспрашивать о состоянии беременности, об ощущениях, токсикозах. Ей предложили переодеться в домашнее, смыть макияж.

— Смойте эту маску. Будьте сама собой. — Предложила Нина. — Мы здесь одна семья, все считаем друг друга сёстрами. Можно я с вами в душевую пройду? Покажу, что да, как там.

Женщины вернулись уже практически подружками — общее посещение мест омовения часто сближает женщин.

— Девчата, угостим Марию чаем? — Главным атрибутом казахского гостеприимства является чай. Она пригласила женщин к себе в спальную, куда Алиса и Настя уже несли предметы для чайной церемонии. — Садитесь по-простецки, на попу, наши детки уже общаются меж собой так, привыкают к передвижению на четвереньках.

— Девчата вы мне нравитесь. Перейдём на дружеское обращение. Повторите, пожалуйста, свои имена, я волновалась и не запомнила.

— Меня то запомнила?

— Да, Нина... Ой стыд-то какой! Больше не могу вспомнить.

— Я Айгуль.

— Я Ульяна.

— Алиса и моя сестра Настя.

— Родные?

— Нет, но уже не можем жить в разлуке.

— Елена.

— Маргарита.

— Рита, тебя я запомнила. Дарья показала нам видео обряда. Вы... ты решительная девушка. Решила сразу родить?

Рита хотела ответить, но её опередила Нина.

— На видео только обряд дефлорации. Таким образом мы мягко, наиболее безопасно для психики, подготовили девушку к половой жизни. Дело в том, что она была закомплексована, сторонилась мужчин. О рождении ребёнка пусть посоветуется с родными. Я уверена, что с ней всё будет хорошо, и родные примут правильное решение.

Рите не чего было добавить — мудрая женщина сказала всё так и кратко.

— А чем вы тут занимаетесь? В смысле досуга.

— Видишь, какие мы загорелые, лежим то верх пузом, то попкой к солнцу. Два пляжа тут, три раза в день водные процедуры.

— Два пляжа? Где? Я с прошлого года не купалась. Можно сейчас пойти туда?

— Мужа предупреди только. Купальник не нужен. Мужчины останутся дома.

***

От прохлады воды Маша окончательно расслабилась. Правда озиралась, высматривая возможных наблюдателей их обнажённых тел.

— Брось, Марусь! Ну и что с того, если какой-нибудь малолетка, извини, вздрочнёт?

— А если опубликует видео?

— Разве мы нарушаем какой-то закон? Пляж в частной собственности у Веры. А если кто снимет, попытается шантажировать, то ему же хуже будет. В нашем существовании, заинтересованы серьёзные люди.

— А огородиться?

— Зачем? Тогда сюда точно вся пресса планеты сбежится. — Нину не надо было учить, что говорить людям, с открытым ртом. — А так тихо, мирно живём, мы не трогаем, нас не тревожат. Купаться ещё будешь... ? Тогда приглашаю на энергетический камень.

— Что такое вздрочнёт?

— Раздражение полового органа для самоудовлетворения. — Опередила Настя всех женщин, захотевших сказать: «Помастурбирует!» или «Поонанирует!».

— Алиса, Настя, покажите Маше тот камень, на котором вы зачали.

Все пропустили мимо ушей маленькую ложь.

— Маша доплывёшь до того камня... ? Пловчиха?

***

Девушки и Маша разлеглись на камне. Расслабились думая о своём. Маша думала о Юре. Как ЭТО произойдёт. Она была из семьи баптистов, Михаил так же исповедовался в этой церкви. Но не способность зачать ребёнка поссорила их с проповедником, призывавшим к смирению и ожиданию благодати. Главарям церкви очень не хотелось ухода толстосума из общины. Уговоры, предложения взять ребёнка из нищей семьи, в конце концов, рассорили Михаила с пастырем. Они пошли по врачам, те приговорили его к бесплодию ввиду низкого количества сперматозоидов в эякуляте. Всего два миллиона, при норме более сорока на миллилитр.

Решено было поехать в заморскую клинику для экстракорпорального оплодотворения. Но заморские шаманы, отказались давать гарантию на успех операции. Дело дошло до того, чтобы зачать от родственника мужа. Единственным мужчиной оказался брат. Но он любил закладывать. О здоровом потомстве можно было только надеяться. И тут компаньон узнал о Дарье, передал информацию о ней Михаилу. И вот Марья лежит на камне зачатья, как сказали девушки.

— Это произойдёт днём? — Наконец вывела она из дремоты девушек.

— Да, днём. Нужно будет полежать час-полтора. Следующие коитусы, которые нужны только для моральной удовлетворённости, произойдут в процедурной. Это так мы называем обычную спальную. — У Насти лучше получалось связать предложения.

— А у вас, сколько соитий было с ним?

— Мы решили пожениться, поэтому, как сама понимаешь, эксплуатирую нещадно. Хи-хи-хи. Настя с Женей давно супруги, у него что-то...

— Не забываемый токсикоз, называется. Три раза скидывала. Буквально через неделю после зачатия. Сейчас же, как будто и не беременна.

— Так может действительно пусто? — Искра сомнения появилась в голосе Маши.

— Различные тесты на беременность показывают две полоски. Проверили на Елене и Ритке. Они показывают отрицательный результат.

— К тому же у нас есть женщина, которая тринадцать раз скидывала, она то знает о беременности больше нас вместе взятых.

— Тринадцать? Кто это?

— Айгуль. Она одного родила и то от брата мужа.

— Мне понравилась эта женщина, вселяет уверенность своими действиями. Там вроде с берега кричат?

— Наверно домой зовут. Сейчас узнаем, что решил твой супруг.

***

Супруги стояли в сторонке и беседовали. Вернее, говорил только муж.

— Что-то на шарлатанство похоже. Гарантии сто процентной не дают, мол, нужно точное обследование твоего здоровья. Правда в договоре есть пункт о возврате девяноста процентов суммы.

— Милый, мой. Что для нас десять тысяч долларов...

— Евро.

— Пусть евро. Ты в иные дни на подарки мне столько тратишь. Знаешь, я решилась. Мне здесь нравится, они искренни. Живут одной семьёй, как мы в общине, помнишь? Они даже пукают, не стесняясь других людей. Хи. Пожалуйста, любимый. Я узнала подробности, некоторые делали это в так называемой процедурной. Некоторые на камне, лежащем, чуть ли не посередине озера.

Михаил резко повернулся и пошёл в кабинет. Подписал договор, произвёл электронный перевод денег на карту Веры.

«Процедуру» назначили на следующий день. На камне. Юра мысленно ругал затейниц этой красочной байки. Отстрелялся бы в спальне, сегодня, завтра и послезавтра. Так нет — придётся терпеть сноба лишние сутки.

***

Машу поразило, что женщины гуляют обнажёнными перед Юрой. Но поразмыслив, она сочла себя глупенькой. Он ведь уже видел их, в чем мать родила. Алиса и Настя сыграли роль помощниц, обрызгали камень прохладной водой, сказали, что ЭТО нужно делать на голом камне, чтобы энергетика его переходила в женщину.

Юра приплыл уже с эрегированным пенисом. Маша заставила себя смотреть на орган. Гигант. Сравнить его могла только с пенисом мужа. Из информации в сети она знала о размерах фалдусов. Знать и видеть — разные понятия.

— Маша, нужно лечь на живот. Так удобнее будет проникнуть семени. Вот я принёс тампон большого размера, после коитуса надо вставить. Я буду с тобой... Полтора, два часа. Пока не скажешь, что устала лежать, можно спать. Живчики сами всё сделают.

— Живчики? Не слышала такого слова. Но понимаю значение.

— Тебя устроит спокойное соитие? Или больше страсти? Или взрывной?

— Спокойное...

— Тебя можно целовать в губы, ласкать интимные зоны?

— Да-а. А как ты будешь целовать в губы, я ведь на животе буду?

— Увидишь... У тебя хорошая щёлочка для двадцатилетней...

— Мне тридцать семь...

— ... двадцатилетней девушки. Как быстро у тебя набухли губки

— Губки?

— Молчи, слушай, сама соображай, о чём я говорю. Вот у тебя губки, я сейчас их пальцем раздвигаю, влага прямо хлынула...

— М...

— Тсс-с... Я лёг между твоих ног, раздвинь их развратней... , эту сюда, а эту сюда. Теперь Искандер видит, где ему придётся трудиться. Заходи, Искандер! Да там узко! Но тебе ведь не привыкать... Маша, тебе не больно? Искандер упёрся в шейку матки.

— Нет. Искандер? Почему?

— Тс-с-с... Потом познакомлю.

Юра начал тягомотину. Маша думала спокойное соитие это как с Михаилом. Под такие фрикции уснуть можно. Она решила подбодрить парня, отталкивала его бёдра ягодицами. Но улучшения не наблюдалось. «Надо было сказать страстное» — подумала она.

Ей показалось, что частота сменилась, будто какой регулятор покрутили. «Да, быстрее двигается»

Лежать на твёрдом камне было больно, но частота фрикций изменилась, она чувствовала, как акселератор прижимал её попку плотнее. Ей уже легко было чмокать ягодицами его бёдра. Ей захотелось смочить губы поцелуем. Ещё никогда в жизни она ТАК не поворачивала шею. Сама удивилась своей гуттаперчевости. Юра ещё слегка довернул её. Поцеловал долго и нежно. Затем продолжил толчки. Маша отбивала удары, он снова наносил их.

В животе появилось чувство давления на мочевой пузырь. Маша знала, что это такой оргазм. Она хотела попросить остановиться, но предупреждённая о молчании, продолжила борьбу. В какой-то момент, мышцы таза отказались отбивать удары. Необычный паралич охватил бёдра, живот.

Фрикции зашкалили в её частотомере. Она только проложила ладони между сосками и камнем. Третьей волной экстаза её накрыло с головой.

***

Юра лежал рядом, поглаживал спину, попку. Внимание, обращённое на щёлку, показало целостность органа и постороннее тело в ней. «Тампон» — Сообразила она. Лежать на животе стало больно. Перевернулась. Покраснения на выпирающихся местах, сильно заметные на незагорелой коже, испугали ее. «Лишь бы Миша не подумал, что меня волокли по камню. Как бы скандал не устроил. Скандал не нужен, ведь я такого никогда не испытывала».

— Ты обещал познакомить меня с Искандером.

— Искандер, извини, не по этикету поступил с тобой. Да! Последний раз такое. Больше не повторится. Маша, познакомься это тот самый парень, который донёс до твоей яйцеклетки живчиков.

— Здравствуй Искандер.

— Маша! Ты от соития оглупела? У Искандера нет органов чувств типа ушей. Он только осязает. Ты должна поцеловать его...

— ЕГО? Нет!!! Это не прилично предлагать женщине целовать пенис! К тому же грязный, он побывал внутри меня. Нет!

— Ах, Искандер! Какой это уже случай, когда отказываются целовать чистый орган, который поработал в чистом месте. Третий? Да, я согласен с тобой, что микробов во рту гораздо больше чем в вагине. И главное! Неприлично, оказывается, предлагать... А предлагать поцеловать пальцы при встрече? Грязные пальцы, возможно державшие заражённые микробами дверные ручки?

— Твои аргументы весомы... С берега мы видны... ? Ну, здравствуй, Искандер. Мм-м-муа!

***

— Оказывается, у ЭТОГО есть побочный эффект. Всё что мы до этого делали — не оргазм. Вот там, на камне... Это НЕЧТО!!! Вторую процедуру ты обязательно должен посмотреть! Когда она, кстати?

— Так в чём побочное действие?

— Ты конечно не молод... Но постарайся добиться большего, хоть раз в месяц, а лучше в неделю, отдайся истинному наслаждению.

— Хо... ро... шо...

— Я тебя люблю, Мишенька.

***

Ночевать поехали все желающие. Потрахаться. В доме остались гости, Айгуль, Егор и ещё кашляющая Рита. Она понадеялась, что папик придёт в её постельку... За «папиком» пришлось идти самой, проверить его батарейку, чмокнуть в латексную головку... , обняв его, уснуть.

Егор не стучался, вошёл к Айгуль в халате, с двумя бокалами вина. Растягивая удовольствие беседы, пили мелкими глоткАми. Мужчину интересовал быт истинных кочевников. Женщина охотно объясняла все нюансы жизни на джайляу.

— С мужем, с теми двумя мужчинами, разве ты не испытывала оргазмов?

— Я же говорила, что сексологов у нас не было. Я ПРЕДСТАВЛЕНИЯ не имела об оргазме. Дефлорация... мне было больно и противно... , он выпил лишнего, дышал на меня перегаром... , пыхтел. Отрицательные эмоции создали блок негатива — секс плохо, но терпеть должна — ты жена этого человека, так заведено везде. Я ещё удивляюсь сейчас, как моя вагина мокрела... Марат Советович выполнял только роль лекаря, так как у нас с его женой была договорённость... Да, да! Это я с ней сама поговорила, поплакалась, так сказать. Добрая женщина помогла мне... Он не спрашивал хорошо ли мне от его ласк, просто проверял увлажнилась ли я, делал своё дело, отдохнув покидал меня. Второй мужчина... , с ним я познакомилась в областном центре, на методических курсах... Этот, видимо, думал только о себе... Одна ночь... Одно соитие.

— Да-а-а-а, можно считать, что до приезда сюда ты была девственницей. А подружки разве не делились радостью оргазмов?

— У нас как-то не принято... Табу, наложенное воспитанием бабушки, глушило моё сознание, но подсознание, особенно в последние годы, всё чаще будило меня эротическими снами. Стыдясь я начинала ласкать себя... Ага, как малолетка мастурбировала... Так что сюда я ехала с надеждой пополнить организм мужским гормоном. Взяла даже спецсредство — коньяк. И даже выбрала цель... Тебя, мой родимый, мой любимый. А судьба видишь, как повернула.

— Ну-ка, ну-ка! Расскажи, как ты планировала...

— Ничего я не планировала... Тогда точно не пошла бы на берег.

— А пофантазировать... ?

— Ах, даже так?... Увы... ничего на ум не приходит, чтобы складно было. Девственница, ничего не знающая об удовольствии, пытается арканить мужчину?

— И я... в ту встречу захотел тебя. Но честно сказать, как только игрушку для ублажения собственного эго. Не знал ещё твоих душевных качеств. Извини за прямоту.

— Правду нужно поощрять... , да, поцелуем...

— Сейчас я даже рад, что наша судьба так сложилась... — Егор облизнул губы. — Возможно ты уже готовилась бы к учебному году.

— И беременной от тебя, любимый. Но об этом знала бы только я. — Женщина, слегка повысив температуру лица, решилась спросить об интимном. — Милый, если тебе не противно, расскажи о своём первом акте. Хочу узнать, как это происходит у мужчин.

— Нет, не противно... , даже возбудительно. У нас у мужчин, в период полового созревания, по ночам происходит непроизвольная эрекция. Таким образом, даже если бы мне заранее отец не объяснил о сношениях мужчины и женщины, я всё равно догадался бы для чего природа так устроила. Эротичные сны с пробуждением от поллюции... Знаешь, что это?

— Уже знаю.

— Начал посматривать на девушек, сестёр. Их у меня две. Любовался очертаниями девичьих... , да что там хитрить, и на женщин поглядывал. Учительница математики... Представляя её, я совершил первую в жизни мастурбацию. Видимо любовь к ней послужила причиной моей любви к математике. Я часто брал дополнительные уроки, лишь бы побыть рядом с Ангелиной Васильевной, молодой, только закончившей институт девушкой. Ревновал её. Однажды хотел броситься с кулаками на молодого парня, начавшего встречать её после уроков... Как она его целовала!? О, Боже. Даже сейчас сердце трепещет... Первая женщина... Нет, ты что, не Ангелина. Она к концу учебного года уже замуж вышла, к началу лета забеременела... Я был комсомольским вожаком школы. Часто посылали на районные и областные мероприятия. Вот на одном из них, меня и окрутила глава всех комсомольцев области Ольга Андреевна. Замужняя женщина, флиртовала со всеми юнцами, доводя нас до покраснения лиц. Мероприятие происходило в пионерлагере, ещё неоткрытом для отдыха. Прослушав наставления представителей коммунистической партии, мы отдыхали на озере. Вот там то, на озере, я обратил внимание на полуобнажённую Ольгу. Она загорала, расстегнув лифчик, уменьшив до максимума ткань трусиков. Я побежал за мячом, покатившемся в её сторону. Он остановился прямо у её ног. Наклонился... , заметил нюансы на теле молодой женщины... Кожа на попке с крупными порами и мелкими волосиками, создававшими ореол. Тёмные волоски на промежности. Она заметила мои взоры. Попросила намазать тело кремом. Гхм. — Егор отхлебнул из бокала. — Первое касание женского тела. Руки у меня дрожали, вызывали усмешку Ольги. Она просила мазать везде, где видна кожа. Мне пришлось прикрыть эрекцию её полотенцем. Потому что от касаний нежных мест у интимных зон я едва не эякулировал... Вечером были танцы. Мы, молодые, схоронились от взрослых, выпили вина, раскрепостились. Парни, которые уже имели опыт, кадрили девушек, а я стоял в сторонке, не решаясь пригласить кого-либо. Ольга сама подошла, повела танцевать. От неё пахло перегаром, сигаретами. Я повеселел, начал отвечать на её нелепые шутки, более дурными. Это долго, описывать... Ночь я провёл с ней. Первый оргазм... До того быстрый... Но она опытная, успокоила меня, поговорили на интимные темы. Второй акт, более запоминающийся. Помню движения её тела, шёпот, говорящий срамные слова, подстёгивающие меня к активности. Липкий пот между наших тел... И... эякуляция. Казалось мой член готов перекачать всю мою плоть в тело этой женщины. Затем мы пошли смывать слизь с наших тел. Омывались в озере. Где-то в сторонке слышались другие стоны, ржания пьяных людей, а я стремился опять прижаться к первой женщине. Соединиться на песке она не захотела. Вернулись в комнату. Ещё два коитуса, между которыми долго беседовали, она начала откровенничать. О своих принципах. Что хочет развить талант флирта, до определённых высот, чтобы таким образом пробиться к верхушке партноменклатуры. Это она помогла мне поступить в Московский ВУЗ, сказав, что такой умница как я должен обучаться в лучших заведениях страны. Я говорил, что и сам поступлю. Она говорила, что в такие институты только по блату принимают. Вот и всё!

— Влюблён был в неё?

— Скорее это тяга к дозволенному... Не знаю, как у неё с другими любовниками обстояло дело, но на всех последующих мероприятиях, мы считались парой. Дальнейшее не интересно. Интерес мой — ты. Допьём... ? Поцелую, конечно.

Итогом этого визита стала разгрузка целого эшелона с углём.

***

На пляже было весело. После купания, как всегда согревались. Нина легла с детьми. Вера с Вадимом и Ульяной. Эта тройка и мешала заснуть Виктору с Еленой. Опустошив резервы Вадима, дамочки лесбеянили. Мужчина смеялся над их играми. Этот смех тревожил сознание Лены, она ещё один раз поиграв на дудочке, загасила пожарище.

Юра исполнив «пике» с Алисой, до утра перевёл её в гибернацию. Надудев на фалдусе своё мастерское соло, Нина просила исполнить «Полёт мотылька», как назвала сама медленное начало и бурный финал соития. Они также отключились. Настя с Женькой подстёгнутые возгласами друзей также отдали дань бесу похоти.

Первой проснулась супруга Юры. Помнила, что её движения могут разбудить мужа, исполнила сигнал побудки на кожаном горне. Теперь парень мог спокойно помочиться в воду. Мама с дочей, журчали в унисон с ним. Струя Нины, распылялась большими лепестками губ, била в разные стороны в районе ступней громко шипя. Струя Алисы сладко шелестела.

Плеск жидкостей чуть не спровоцировал непроизвольное мочеиспускание Лены. Еле успела донести влагу до троицы, облегчённо вздохнула от чувства расслабленности. Её жидкость изливалась так же с громким шипением, но в отличие от двух других струй, била далеко вперёд, как писсают королевки. Нина поделилась с ней салфеткой, выслушала краткие эпитеты в адрес ненасытных сучек Веры с Ульяной. Но бугор, виднеющийся под пледом, использовала по прямому назначению. В отместку за тревожную ночь, устроила всем тревожное утро.

***

Шорох открываемой двери. Взлёт ресниц, открывающих глаза. Хруст суставов потягивающейся женщины, затем мужчины.

— Доброе утро, мои любимые, Егорушка, Ниночка, детки... Алиса, помоги мне с разносом...

Слово «Егорушка» укололо Нину. Она посмотрела мужу в глаза. Никакой паники или чего-то подобного. Только нежность. Привыкшая, также как он, анализировать факты, успокоилась. Даже если это любовь, если он однажды скажет: «Я всегда буду просыпаться в кровати этой женщины», и то она была в выигрыше. Джек-пот — Юра, ребёнок, были важнее флирта мужа. Она расправила пледы на полу, присела между мужчинами.

— Вам же ясно сказали — никакой оголённости! Наденьте халаты. На меня удручающе действуют ваши торчки... Наверно это от беременности.

— А ты трусики надела?

— Да, уж не такая развращённая, как вы! Вот. — Она распахнула полы халата, показала Егору простое хэбэ белье.

— А то я хотел предложить уединиться...

— Синцов, ты мидий объелся?

— Красного вина выпил... Ну, так как насчёт утреннего супружеского долга?

— Чаепитие, внезапно перешедшее в... Юра, скажешь им...

***

— Ты такая разгневанная на секунду была... Ах, сломаешь его...

— А ты такой уверенный... , ох... ох... , мне твоя уверенность нравится... , как в молодости... все ходы... Ай!

— Больно... ? Я так же... Терплю... Уфх. Кончу... Сей...

— А-а-а-ага.

— Не торопись, затычку не приготовила... Вот... Вынимай...

— Будто после долгой разлуки...

— А я думала для сравнения. — Спрашивать у логика какая из его женщин превосходит, пустая трата времени и нервов. Захотел с утра старую женщину и всё, без всяких подтекстов. Ей и самой был приятен внезапный бурный коитус — как «пике» с молодым. Она вспомнила, что этот акт она провела мысленно с Егором, а не как с Юриком.

— И не сравнивай... Встаём?

***

В спальне было битком народу. Нина объяснила гостям, почему все собрались здесь. Михаил сказал, что в молодости он работал штукатуром и будет рад вспомнить навыки. Не принял никаких возражений, мол, вы наши гости, клиенты и тому подобное.

Кухарить вызвались сватьи. Нина и Лена. Вера поехала за данью, за одно и стройматериалы купит. Мужчины пообещали к вечеру закончить ремонт.

Маша визжала от восторга, так ей понравилась поездка на лошади. Говорила, что попросит мужа купить конюшню. Намекнула, что возможно приобретёт жеребёнка, свидетельницей зачатия которого она стала.

Солнце сверкало сегодня необычным блеском, блики на воде служили хорошим фоном для съёмки. Юра отдался работе полностью, не отвлекался на эротизм кадров. Пожалел только, что его камера не может снимать в воде. Алиса и Настя очень красиво лежали на водной глади, из воды показывались груди. При выдохе оставались только голова и колени.

***

— Любимый, Марью приобщим к нашему «стаду»... ? Да хочу... Извини за брань, не блядство. Я предложу ей.

Айгуль отвела женщину в сторонку, рассказала об эротической игре. Маша спросила, будет об этом известно Михаилу или нет.

— Если ты боишься, что эта игра будет засчитана как дополнительный коитус, то не бойся, Юра после обеда выполнит. Если ты не хочешь говорить мужу об интрижке, не говори. Мы тоже не хотим, чтобы о нас думали, как о развращённой группе. Мы же только с Юрой...

— И где будет проходить игра? Вдруг свидетели?

— Тут никакой гарантии я тебе дать не могу. Мы просто надеемся. Будем играть вон на том берегу, там ниже берег, издалека точно не увидят, а остальные будут здесь. Ну, посмотрят, как тебя приобщают... За одно и свидетелей увидят если что...

— Нет! Я не согласна... Много рисков... Мы и так сильно рискуем, приехав сюда... Но супругу скажу, что хочу принять участие. Если он даст добро, то завтра...

— Я тебя поняла, ты мудрая женщина.

Парня и так оккупировала Рита. Но её одёрнули, напоминая о скромности.

***

Вторая «процедура» прошла без участия Михаила, о котором настаивала Маша.

— Я доверяю ему. Сам понял, что они хорошие люди. Правда, со своими тараканами. Но кто без них?

— Айгуль рассказала мне об игре. — Маша пересказала утренний разговор.

— Значит, ты сама хочешь... ? Я буду думать до утра.

— Я люблю тебя, мой супруг.

— Тебя тоже. Иди.

***

— Боюсь взрывного. Сегодня страстный, пожалуйста.

— Мне надо выпить красного вина и закусить его шариком имбиря с мёдом... Нет, тебе ничего кроме воды, только после акта...

— Расскажи в чём отличия...

— Терпение...

— А на берегу... ?

— Терпи...

Женщина сидела на краю кровати, зажав ладони между колен. Она пришла в халатике, сравнимым с мужской рубашкой. Такие носят гавайские мачо. Юра специально томил её, медленно тянул вино, откусывал кусочки имбиря. Прохаживался по комнате в широком халате. Маша смотрела на его паховую зону, пытаясь определить в каком состоянии инструмент, в трусах мужчина или нет. Она не понимала, как можно пить бокал вина целых... А сколько прошло времени? Пять? Нет, больше. Около получаса по её ощущениям.

Трусов на нём не было, инструмент готов, чего он ждал? Сейчас чего остановился? Ах, да!

— Здравствуй, Искандерчик! Мм-м-муа. Почему так долго тебя скрывали?

— Искандер говорит, что ты сама видела...

— Ах. Так это ты, Искандер, пил вино? Закусывал пряностями?

— Сейчас он спрашивает, готова ли ты, Маша... Насколько?

— Искандерчик, милый мой, не томи, я готова на всё!

Юра нажал пальцем на грудную клетку женщины. Она с трудом поняла, что ей надо упасть назад. Пружины матраса несколько раз качнули упавшее тело. Поняла, что пока не должна шевелиться, иначе игра будет испорчена. Юра присел у ног, раскрыл полы халата. Его порадовали белейшие трусики из шёлка. Ткань текстурой сочеталась с бархатом кожи. Он лёг лицом на них, передвинул щеку на край белья, чтобы ею ощущать одновременно ткань и кожу. Губы целовали бедро, а руки развязали пояс, дотянулись до оголившихся молочных желёз, пальцы ласкали твердеющие соски, ласки стали грубее, причиняли невероятную боль-ласку. Женщина напрягла мышцы ягодиц... , раз... , другой...

Руки пролезли к пояснице, зацепили бельё за край, потянули на себя. Шёлк приятно скользил по бархату бёдер, икр. Юра посмотрел в глаза женщине, втянул носом запах трусиков.

— Это трофей. Так хочет Искандер... Тсс-с.

Поднял одну ступню, поставил на край кровати, со второй так же поступил. Раздвинул пальцами губки, залез носом в пещерку. Посмотрел опять в глаза Маше. Как аспид пошевелил языком, наклонился к клитору. Помпа всосала горошинку, пальцы залезли в лунку, нашли там какую-то точку. Женщина изогнула спину, как ей показалось для удобства. От понимания, что четыре пальца скользят в ней, она испугалась за целостность стенок влагалища, испуг сразу отошёл на второй план от приятной истомы расслабления мышц живота. Неожиданная пустота, вызванная покинувшими её пальцами, вызвали стон сожаления. Но пальцы опять нырнули в лунку. Не все. Указательный, смазанный слизью, проник в анус! «Пожелание было молчать» — она прикусила губы. Два пальца сжимали перегородку между трубами, это было больно... , больно же... ! Хватит!!! Нет! Продолжай, не останавливайся... Что нестерпимее? Стимуляция клитора или перегородки? Обе точки трепещут от взлетевшего до Плеяд желания...

Больше она ничего не помнит. Очнулась от неприятного сдавливания тела в баранку. Маша могла укусить себя за середину бедра. Она задыхалась от нехватки воздуха. Она пукала от каждого толчка, сначала стыдясь, потом не обращала внимания на них.

Это было ещё терпимо, как-то она умудрялась наполнить лёгкие. Но то, что творилось во влагалище, терпеть было не выносимо... А хотелось... Член заходил в шейку матки, захватывал венчиком её внутренность и вырывал как штопором. Крюк срывался, нырял опять вглубь, хватал за больные места, повторял это много раз. Маша, взяла его голову руками, притянулась к его губам, требуя влаги языка.

Пытка продолжалась до тех пор, пока Маша не попросила помиловать. Парень отпустил её ноги, потянув женщину на себя, перекатился на спину. Ей сразу стало легче, распрямилась спина, кровь потекла к ступням. И главное она могла сама регулировать скорость фрикций. «Супруг не видит, буду чувствовать себя развязанной. Обопрусь о его плечи, буду поднимать таз, до предела и, расслабляя ноги резко падать. Доберусь до матки!»

Юра смотрел на ставшую похотливой Машу. В глазах её читалась неудовлетворённость прежней жизнью. Парень увидал гримасу, означающую начало оргазма, привёл в действие спусковой крючок. Женщина часто-часто запрыгала, поднимаемая струёй. Упала набок. Груди отплыли от вертикали к бокам, соски изменили вид на изюминки. Сердце успокоилось. Нитка тампона лежала на бедре.

— Какое же тогда взрывное соитие? Что вообще сегодня произошло? В анусе тоже есть эрогенные зоны? Спорить с тобой о чистоте вагины не буду... — Просветление сознания сказалось на центре речи. Женщина сыпала вопросы не дожидаясь ответов.

— И о прямой кишке не спорь. Да, там не так приятно, там амбре не то... Но стенки вагины и кишки пронизаны одними и теми же нервными окончаниями. Почему бы не стимулировать их с двух сторон? Тебе было кайфово?

— Нет такого эпитета этому состоянию... И что теперь мне делать? Просить мужа стимулировать анус? Он чокнется от такого предложения.

— Не знаю. Дело ваше. Кто-то живёт в миссионерских позах, кому-то мало разнообразия. Взрывное тебе не советую. Завтра будем спокойно трахаться.

— Я ещё подумаю. Время есть.

— Тогда давай договоримся. Если ты утром произнесёшь фразу... «Возможно, сегодня будет дождь», я буду знать, что ты решилась. Тогда ВЕЗДЕ ходи с опаской. Я подложу фугас в самом неожиданном месте. И там ты должна будешь лежать целый час, голая с затычкой в манде.

— В манде... ? Это матерное слово?

— Повтори пароль...

— Возможно, сегодня будет дождь. Лежать придётся в самом неожиданном месте? Тогда я выбираю спокойное соитие.

— Я так и знал, что ты разумная женщина. Ещё никто не доходил до этого уровня.

— Как в компьютерных играх?

— Круче.

***

После ужина, новая спальня для Айгуль была готова. В комнате ещё стоял запах строительных смесей, эмульсионки, а мебель уже перетащили. Принесли со второго этажа посудную горку, составили в неё бокалы, вазы с конфетами, сухофруктами. Два электрочайника стояли на тумбочке. Пара старых ковров, укрытая пледами, символизировали достархан. Нашлась клеёнка, чтобы сберечь пледы от случайных капель. Торопились до отбоя, запотели, запылились.

Сауна раскрепостила всех. Михаил тоже обнажился. Посматривал на супругу, ревнуя её к взглядам других мужчин. Он заметил рубцы Айгуль, долго ожидал, когда она повернётся спиной. Егор, заметивший его взгляды, подсел и предупредил, что не стоит утомлять женщину пристальным взглядом.

Михаил понял свою бестактность, перевёл внимание на других женщин. Все сильно устали, быстро грелись и удалялись спать. Последними остались Егор и его женщина. На это он особенно обратил внимание. Поразмыслив, он стал догадываться о чувствах Егора к Айгуль. Эти мысли его возбудили. Маша сказала, что для чистоты зачатия его сперма может помешать. Презерватива у них не было. Он отвернулся в сторону, уснул с эрегированным органом. Всю ночь ему снилась Айгуль, обнимающая его своими крыльями, ласкающая перьями его орган. Поллюция, произошедшая под утро, ошеломила его. Как в юности, эротические сны доводили пенис до эякуляции, так и сейчас вызвали пульсацию. Однако опустошение не принесло облегчения. Наоборот вызвала тягу обладать мечтой.

***

Утром молодёжь опять разбудила мамочку и папочку. Айгуль расцветала с каждым утром. Потягушки стали продолжительнее, уже лёжа на кровати. Женщина красиво сцепила пальцы меж собой, завела их над головой, потягиваясь, выгибая голое тело навстречу Егору. Щетинка на лобке подросла, скрыла птицу, чернея углём. В щёлке промежности друзья увидели кляп, поняли, что секс был таким бурным, что утомлённая женщина, всегда стремящаяся содержать влагалище в чистоте, не смогла идти омыть органы.

Она хихикнула, поймав взгляд детей на свою щёлку, накинула халат, включила чайник и пошла подмываться. Омываясь, Айгуль вспомнила предутреннее соитие.

Проснувшись по малой нужде, подмыв вульву водой из кумгана, легла рядом с мужчиной, по привычке подлезла подмышку, втянула запах пота. Запах мужчины. Спящего, не испорченного движением. Чем пахнет его промежность? Хм! Возбуждающе! Даже очень. Как у всех взрослых мужчин, головка пениса оголена, шкурка собрана складками под венцом. Амазонка расправила складочку, внюхалась. Головокружительно! «Мольба» оживила орган, наполнила его расплавом. Губы устали «молиться», просились к другим губам. Вот они. Шепчут «Доброе утро», вбирают в себя страсть. Мужские руки притягивают женское тело на себя, направляют пенис в раскрытое лоно. Вздох облегчения, будто несколько часов назад не было такого же страстного коитуса, вырвался из лёгких обоих партнёров.

Медленное шевеление тазом, будто стараясь не разбудить спящих друзей, на самом деле являющееся желанием ощутить стенками влагалища энергичность пениса, вскоре переходит в скачку амазонки на коне. Мужчина уже знает, как только она ляжет ему на грудь, то нужно перевернуться вместе с ней и энергично закончить акт.

Вот сейчас омывая влагалище, ощущая меж пальцами скользкую субстанцию, Айгуль решила каждое утро будить любимого мужчину таким образом.

Юра с Алисой уже зная, что им не перепадёт «погреться» с мамочкой, пришли в халатах. Егор пошёл в душевую. Пришли Настя с Женькой, Ритка, ночевавшая с ними на пляже. Виктор с супругой явились чему-то улыбаясь, особенно цвела Лена — энергетика коитуса Егора и Айгуль встревожили сон Шителей, спящих через стенку. Лена проснулась от движения своей руки по стволу. А дальше... Она подмывалась тем же кумганом, сидя на ещё хранящем тепло Айгуль стульчаке. Отсутствовали Вера, Вадим с Ульяной, любящие утренний сон и гости.

Маша с мужем пришли буквально за минуту до появления мокрых Егора и Айгуль. Женщина ещё прекраснее выглядела с мокрыми косами, небрежно уложенными на плече и свисающими на грудь. Михаил бросил два взгляда — на Нину, в её глазах он не обнаружил никаких чувств. На Егора, этот цвёл так, что стало понятно, отчего (вероятно!) эта парочка взмокла. Он опять посмотрел на Нину, та весело разговаривала с Юриком и Настей. Алиса плечом толкала Женьку, что-то шепча ему на ухо. «Может они мылись в разных душевых, а я придумал адюльтер?»

От раздумий его отвлекла Маша:

— Вероятно, — она сделала довольно длительную паузу, искоса посматривая на Юру. Тот так же отвечал Нине, не обращая внимания на первое слово пароля, — сегодня, — опять пауза. Опять игнорирование, — мы сегодня поедем домой. Как ты считаешь, милый?

— Если хозяева не будут против, я бы хотел задержаться до завтра. Тебе тут уже надоело, моя родная?

— Нет! Напротив, я желала бы продолжить знакомство ещё пару дней.

Вера, зашедшая в чайхану, услышав желания, сказала, что завтра прибудет другая клиентка. Если Михаил хочет сохранить инкогнито, то выехать лучше с утра.

— Я подумаю. Вероятно, так и сделаем. Маша говорила об эротической игре с Юрой. Я хотел бы присутствовать. Если это вас не шокирует.

— Это твоё желание. Дополнительной платы с вас не потребуют. — Вера сразу хотела уладить меркантильные вопросы. — Вашей жене понравится такая игра. Все женщины, кроме Елены, прошли обряд покрытия, как его именует Айгуль.

— Но вероятно сегодня будет дождь! — Громко произнесла Маша. Боковым зрением, осматривая Юру, ждала его внимания. Нервы у парня были крепче.

— С чего ты взяла? На небе ни облачка, — Айгуль посмотрела в окно.

— У меня какое-то предчувствие. Будто что-то будет, типа взрывного ливня.

— Это наверно беременность так сказывается. — Объяснила Вера. — У меня что-то подобное было.

Маша посмотрела на Веру. «Она заказала взрывное соитие? Как бы узнать? Спросить напрямую? Да, так и сделаю! А вдруг не успею? Вдруг он потащит меня в спальную прямо сейчас? О-о-ой!!! Я потекла!»

Михаил весь завтрак разглядывал Айгуль. Она не старалась прикрыть вырез халата на груди и оголяющиеся ляжки под полами. Розовые трусы с красными сердечками временами будоражили сознание мужчины.

Завтрак закончился, помогать Айгуль остались молодые девушки. Алиса вилась возле мамочки, провоцируя её на разговор о Юре и Егоре.

— Ты же знаешь, родненькая моя доченька, я люблю всех, поэтому не буду выделять кого-то. С Егором мне хорошо, как со зрелым мужчиной, с Юриком как с молодым.

— Сегодня утром я заметила, как тебя пожирал глазами Михаил. Он так же зрелый мужчина...

— Он ведь клиент, не друг. С ним... Хотя... Я ведь жду от вас откровенностей... Не буду врать, он мне симпатичен. О! Аллах, придержи мой язык!

— На выгул поедите четверо, можешь там...

— Там будет Маша, он навряд ли осмелится... Ну-ка, кыш отсюда, до греха довели мамочку.

— Пальчиком, пальчиком. — Хохоча, озорницы покинули текущую женщину.

***

Сегодня очередь сестриц готовить обед, проследить за уборкой в спальнях и санузлах. Две женщины из службы, которую организовали Вера и компания, для уборки в домах для отдыхающих, начали со спален.

— Когда ты впустила в свою интимную жизнь третьего партнёра? — Настя вспомнила о соитии, за которым наблюдала Рита.

— Здесь. Эта была Айгуль. Я это восприняла как обыденную ситуацию, даже не зациклилась на ней. А ты с нами?

— Если не считать насилия — то да, с вами, с Юрой. Но сильнее всего об этом я задумалась, когда Ритка наблюдала за мной с Юриком... Помнишь, ты за мидиями поехала? Тогда. Это был всего лишь третий день... , а я... Я, понимая, что являюсь объектом наблюдения, не испытывала стыда, наоборот мне нравились Риткины восторженные взгляды. И знаешь я захотела ещё сильнее раскрыться для визуализации. Хотела, чтобы Марго посмотрела на мою... пизду, окружающую Юркин член. Хотела так же, как ты с Юркой и мамочкой, показать свою чувственность. Но я хочу это сделать с Женечкой. А он противник... эксбиционизма.

— Тогда тебе лучше подавить своё желание — не надо ломать его психику. А у него есть предпочтения? Вуайеризм, например.

— У какого же мужчины его нет? Да и у многих женщин, наверное, есть желание подглядеть за переодеванием или совокуплением... Я бы не против.

— Даже сейчас, когда уже насытилась интимными играми?

— Но только за посторонними, не знакомыми мне людьми... Нет! Видео не пойдёт! Даже если это снято скрытой камерой... , охота находиться вблизи, слышать их запахи, звуки.

— Тогда это надо ходить по посёлку, ожидать момента. Может завтра, прошвырнёмся... ? — Алису вдруг посетила идея. — Насть, слушай внимательно. В сауне ещё уборку не делали. Сейчас позову Юрика. Начну с ним трахаться там. Уборщики будут подглядывать за нами, а ты за ними.

— Сестричка! Дай я тебя расцелую — ты такая выдумщица! — Настя выполнила желаемое. — Я на сотку их вуаеризм сниму. Куда мне там спрятаться?

— Я с Юркой в парилке, на пологе. Женщины в душевой за нами, а... тебе придётся от входной двери. Иди глянь, когда они по прикидке перейдут в сауну. Я за Шителем.

Все составляющие плана были на месте. Время рассчитано. Аппаратура подготовлена. Девчата были как никогда возбуждены. Алиса млела от представления как за её соитием будут смотреть абсолютно чужие женщины. Настя пускала тонкие струйки от предвкушения наблюдать за действиями женщин. Как они себя поведут? Будут просто смотреть? Может начнут ласкать свои эрогенные зоны? А может дойдёт до розовых поцелуев?

Посвящать мужа в свои задумки Алиса не стала. Пусть для него это тоже будет неожиданностью.

— Юр, пойдём в сауну... Кое-что нужно сделать... Там увидишь.

Соитие началось с «полёта мотылька» как раз в расчётное время. Алиса положила на полок полотенца, притянула Юру к себе, начав наговаривать ему слова любви, поглядывала на незапертые двери. Чья-то тень мелькнула в проёме. Алиса выложила всё своё желание показать себя наблюдателю, вытворяла телом различные движения. Мужчина, подстёгиваемый страстью супруги, также выкладывался на все сто.

Ударом по голове стало появление в сауне... Насти. У Алисы аж ноги опустились. Юра посмотрел на переставшую функционировать секс-машину.

— Насть... , ты чо?

— Блядь! Они оказались бывшими проститутками, и наблюдать за соитием их не тянет — уже насмотрелись.

— Ну-ка, сучки, по подробней.

Алиса плакала. Настя рассказала о задумке. Алиса плакала. Настя... лежала на нижнем полоке и получала свою долю фрикций.

— Алиса, милая, посмотри на мою письку... — Ещё одно извращенческое пожелание — показать свой орган другому человеку.

Настя лежала, отключённая оргазмом. Алиса... подготовилась к оргазму.

***

Вечером тройка рассказала Евгению о провале операции «Ублажение сексуальных отклонений Алисы и Насти». Парни долго смеялись над девушками.

— Извращенки наши, хотите экстрима... ? Брат, покажем им? — Евгений растирал скулы — болели от продолжительного смеха.

— Где и как?

— Мы с Настей не были на том пляже. Четверо полезем в вигвам, начнём соития, и случайно поломаем вигвам.

— А-а-а-а-а-а-а! Ты мой самый любимый человек!

— Женечка! Ты офигительный выдумщик. — Алиса так же повисла на шее мужчины.

— Только мне надо будет накатить дважды по шестьдесят миллилитров.

— Да-а-а, брат, это очумительная задумка. Девчат, а вы понимаете, что кто-то обязательно заснимет нас? Ютуб и соцсети взорвутся нашим соитием.

— Насть, отбелим волосы?

— Татушки наклеим. И мужьям тоже. Женечка, родненький, я всего лишь один раз. Больше не буду просить.

— А если мне понравится?

— Ты же умничка — выдумаешь ещё что-нибудь.

— Остаётся только надеяться на то что те, отдыхающие, не сплошь проститутки, нежелающие наблюдать.

— Юр, не порть настрой. Мальчики, сделайте нам куни... Я изнемогаю опять. Алис, ты тоже?

— А как же пожелание показать свои гениталии? — Юра вспомнил о необычной просьбе Насти. — Брат, давай начинай полёт мотылька... Я просто горю желанием услышать амбре вашего совокупления. Посмотреть, как хуище будет дербанить пиздёнку. — Каждые слова стегали подсознание девушки.

— Систер! Ты... должна... сделать для меня тоже.

— А-а-а-а.

***

— Милый мой, я сегодня заказала взрывное соитие.

— По подробнее, пожалуйста.

Маша рассказала о предложениях Юры. Что решилась на такое и что соитие может произойти в самом неожиданном месте.

— Очень прошу тебя, не вспыли. Позволь мне испытать это.

— Сейчас мы едем на выпас, там тебя приобщат к табуну, как они говорят. В это время вряд ли что-то с тобой произойдёт. Но и ты позволь мне кое-что испытать... Там узнаешь.

***

Михаил поехал верхом сопровождать Айгуль. Маша верхом ехать отказалась — натёрла вчера бёдра. Втайне надеясь, что, взрыв произойдёт в машине по дороге домой. Они приехали вперёд верховых, которые мирно беседовали, позволив Тулпару самому идти.

— Вот такова история моей жизни. — Закончила рассказывать Айгуль. — А ты как встретил Марию?

Михаил поведал о своих мытарствах.

— Ну, а остальное ты уже знаешь.

— Тоже не лёгкая у вас с Машей судьба. Вон она, кстати, уже загорает. Раньше боялась быть увиденной посторонними...

— А ты, когда перестала бояться?

— Да, так же, как и она

— А потом?

— Потом плюнула на предрассудки. Захотелось пожить для себя. Вот рожу, буду обязана вырастить ребёнка. Сейчас наслаждаюсь...

***

Пока ждали Михаила и Айгуль, Маша пыталась вызнать у Юры, когда он намерен «взорвать» её. Парень загадочно на неё смотрел, чему-то улыбался, отвечал многозначно. Маша злилась за это, но только сильнее распаляла своё воображение. Она мгновенно начинала течь от малейшего намёка на указание времени или места. Юра посмеивался, говорил, что возможно просто ударит её валенком по голове и жестоко надругается пока, она будет в обмороке. Но больше всего её испугало намерение «взорвать» после обеда во время купания прямо на песке, при всех друзьях. С него станется — такой чумной. Такой желанный. Вон, какие потоки бегут.

***

Айгуль раздевалась медленно, наблюдая за животными. Что-то кричала Тулпару, поощряя его желание дополнительно осеменить Розочку. Кобыла убегала от коня, дразня аппетит. Пятиногий конь брызгал слюной, нервно мотал головой, гневно стучал копытами. Айгуль как раз сняла мужскую рубашку, наклонилась, снимая обувь и носки, груди так эротично отвисли, что мгновенно зажгли пожар эрекции. Расстегнув джинсы, она толкнула их вниз через бёдра, пока они падали, догнала их трусами. Обнажённая и босая, понеслась по траве к Розочке, приманивая её сладостью.

Маша сильно удивилась, когда увидела, как голый муж пошёл вслед за амазонкой. Эрегированными были все члены. И один из них пенис мужа. Супруг подошёл к Айгуль, держащей под уздцы Розочку, выслушал наставления, встал с другой стороны лошади, прижал её шею к себе. Конь вскочил на кобылу, пенис вошёл ровно и резко. Лошадь дёрнулась, норовя свалить людей, но боль от узды, давящей на губы, смягчила толчок.

Юра так же заметил, как Айгуль возвращалась к ним, её мизинец был захвачен пальцами Михаила. Солнечный зайчик отражался от капли слизи на пенисе.

— Маша, в честь твоего посвящения в клан Юры, Тулпар показал, как должна вести себя смирная кобыла. Повторяй все действия за мной, молчи, не порть волшебства момента.

Мужчины стояли по разные стороны пледа. Айгуль изображая лошадь начала мочиться, направив струю прямо на ноги Михаила. Горячая влага обожгла его, пенис ещё больше окреп. Маша так же помочилась, но смогла описсать только свои ляжки.

— Миша, тебе придётся помочь коню вставить жезл в лоно Маши. — Айгуль привнесла разнообразие в игру.

Супруги, шокированные предложением, не могли представить, что такое произойдёт — муж вставляет огромный скипетр в святая святых жены. У Маши даже ноги ослабли от первой порции оргазма, она задрожала как лошадь. Но они сами согласились принять участие, пусть в абсурдной, но игре. Держать фалдус молодого человека и сохранять при этом спокойствие, стало пределом для Михаила, он едва смог взять его в руку. За пределом сознания, мужчина понимал, что этот член уже был в вагине жены, что они сами этого хотели, но охватить ладонью твёрдость ЧУЖОГО члена было пугающе и желанным одновременно. Михаил пересилил себя, выполняя всё быстро, вставил пенис Юры в лоно Маши.

Наверное, так выглядит глотка истощённого жаждой путника — вагина втянула в себя пенис, причмокивая, не желала отпускать из себя.

Женщина легла рядом с Машей, похлопала ладонью по пледу, приглашая Михаила лечь рядом.

— Пососи её грудь, делай ладонью как я...

Их головы оказались рядом, она втянула сосок, он повторил, она полезла рукой к гениталиям Маши, он следом. Юра размеренно двигался, зная, что резкие толчки будут мешать Айгуль. Маша прислушивалась к трём точкам воздействия. Пенис мужа, окропляя живот слизью, стоял как в первые годы их соитий. Она тронула его рукой, чтобы убедить себя в истинности суждения. Муж на секунду прекратил сосать, посмотрел, чья это рука его ублажает. Маша посмотрела на женщину. Ноги соприкасались подошвами, развратно раскинуты в коленях, блестели смазкой на внутренней стороне бёдер. Маша решительно направила ладонь к блеску, собрала его на пальцы, вернулась к члену. Муж окончательно остановился, ожидая продолжения. Супруга снова окунула пальцы в вагину, набрала больше смазки. Такая мастурбация была за пределами сознания Михаила. Он вылез из-под супруги, чмокнул её в уста, и... лёг между этого похабства.

Ему никто не противился. Наоборот — ноги захватили его таз и поясницу в клещи, напрягались, насаживаясь на пенис. Если замерить температуры влагалищ Маши и Айгуль, разница окажется в доли градусов, но труба женщины обожгла фалдус. Упругость мускулатуры во влагалище тоже оказалась выше чем у супруги. Его поразило глубокое расположение шейки матки, если у Маши он временами натыкался на препятствие, то в вагину Айгуль мог спокойно занырнуть, не боясь причинить боль. А как она подмахивает! Одновременно поднимая попу, напрягает мускулатуру вагины. Мм-м-м.

А эти шоколадные соски! Они также твёрже Машиных светло-коричневых сосков, тычутся в грудь, распаляя желание. Пухлые губы страстно отвечают поцелуям, что-то шепчут любовное.

Руки Айгуль перестали ласкать лоно Маши. Флюиды желания, исходящие от мужчины, привлекли её внимание ещё в вечер совместного омовения в бане. Сегодняшнее пожирание глазами очаровало Айгуль — её немолодую женщину хочет статный и красивый мужчина. Намёки дочек только сильнее разожгли в ней желание ответить Михаилу лаской. Поэтому она обнажилась прежде чем идти к лошади. Визуально осмотрев пенис, поняла, что орган едва ли отличается от органа Егора. Остаётся произвести только телесный контакт.

Да. Соитие с Михаилом было не таким страстным как с Егором. Хотя она выполняла все действия, которые нравились Егору, Юрику, этот мужчина двигался как простая механическая кукла. «Хотя это возможно присутствие супруги и Юры?»

Но всё равно это была самая возбудительная часть игры. Супруга видела, как муж вгоняет фалдус до тех пор, пока не раздаётся удар лобков. Как он испивает сок из её уст. Маша, вырвалась из объятий Юры, легла на спину, приглашая исполнить такую же игру как муж. Повторяла всё за Айгуль, так же начала стонать в предвкушении эйфории. Повернула голову к супругу, сделала губы дудочкой, прося поцелуя. Цепочка опять замкнулась — оргазмы как фейерверки последовали каскадом. Громче всех взвыли супруги.

***

— Эти дни мы будем помнить всегда! Так ведь милая?

— Особенно этот час! Ты согласен со мной, любимый?

— Мы вас тоже не забудем! — Продолжила Айгуль. — А вы чего уставились? Пора травку щипать!

Те, кто не обратил внимания на стоящих полукругом животных, сначала посмотрели на Айгуль, затем на лошадей с конём.

— Это они охраняют наш союз от злых глаз. — Продолжила амазонка. — Маша, тебе можно подмыться. Потом омой пенис коня... Маша, не глупи — Юра твой конь.

— А я твой?

— Вообще-то Юра, но для тебя я сделаю исключение, так же тщательно совершу омовение твоего пениса, ну и ног, нещадно обписсаных молодой кобылицей.

Мужчины вошли в воду до середины бёдер, женщины присели перед ними на колени. Маша училась, как оголять головку, как смывать то, что не видимо, но ритуал выполняла скрупулёзно.

— У мужчин вот тут, возле входа в анус есть секреты, выделяющие феромоны, для отпугивания других самцов. Они так сильно пахнут, надо их тоже омыть. Вымывай там вместе со сфинктером, доводи до копчика. Омыла... ? Чмокни головку, поблагодари за усладу. Ты ведь насладилась... ? Маша! Я ведь сказала, чмокни... Вот так. — Айгуль поцеловала головку пениса.

— Да, я насладилась. Что дальше делать? — Маруся скрыла свой опыт поцелуев головки.

— Позволь коню омыть твои лепестки... Не бойся! Юра знает, какие нежные сейчас твои губки. А ты, любовничек, сможешь нежно трогать меня? Та-а-ам?

***

Восемь глаз направили взоры в центр вселенной, думами соединились с всемирным разумом. Юра подумывал устроить взрыв сейчас. Ему ведь, в сущности, было всё равно, когда и где совершить «Пике», он щекотал нервишки Маше. Айгуль молила простить её распутство, повторяя, что уже понесла кару. Мысли супругов были схожи — много, очень много времени потрачено впустую.

— Если вы не устали, то приглашаем вас на ночёвку у озера. — Заговорил парень. — Суть такова — купаемся до окоченения, затем согреваемся телами. Спим до утра, мочимся в озеро. Если у кого-то возникнет желание ещё раз погреться, то не возбраняется.

— Дело в том, что я в детстве тонул, теперь в воду захожу только по грудь.

— Фу! Как не культурно, — одновременно с мужем начала говорить Маша, — мочиться в озеро. Там ведь люди купаются.

— Даже больше, — иронизировал Юра, — весь посёлок потребляет эту воду в пищу. В нашем доме вода, текущая из крана — из озера.

— А куда тогда мочиться? — Спросила Айгуль. — Если на берег, то моча всё равно просочится в озеро.

— Да, Маша, ты не права. — Встал на защиту Михаил. — Всё растворяется в воде, тяжёлые соли оседают на дно, связываются с минералами. Так и космонавты фильтруют воду для себя. Что же вы предложите тому, кто боится окунаться?

— Посидишь на попке у бережка, смочишь волосы. — Сказала женщина.

— А ты там будешь?

— Хочешь... ? Буду... Конечно, обогрею. — Один отрицательный опыт не причина испытать второй — возможно положительный. Неожиданная мысль пришла в голову, обожгла бесстыдством. — Извини, а ты не пробовал научиться плавать?

— А зачем? Мне и так сойдёт.

Дичь сама лезет в силок.

— Так ведь там, на пляже, ко мне надо будет доплыть. Мне нравится загорать на камне. Маш, понравилось на нём... ?

— А на песке разве не удобнее? — Жертва просунула голову в силок.

— Маша, где лучше на песке, рядом со всеми или на удалённом камне?

— Рядом со всеми? Разве ещё кто-то будет?

— Многие

любят спать на берегу... Так поплывёшь на него, ради уединения со мной?

— Заманчиво. — К мужскому тазу прибыли танкеры с горячей кровью.

— Тогда пойдём в озеро, обучу тебя приёмам. Маша, пусть Юра поспит, а мы с тобой поддержим мужчину.

— Да, милый мой, пора забыть детские страхи... Присядь на дно, где хочешь... Омой лицо... Так. Теперь окуни его в воду, задержись сколько сможешь... Ещё разок, только сначала сделай полный вдох и потом постепенно выпускай воздух...

— Ты прирождённый тренер — не боится, выполняет.

— Конечно выполнит, стимул то какой заманчивый... Вставай на ноги, родимый... Ложись на воду... Животом, как мы плавали... Айгуль, ты возле ног держи, а я у плеч... Осторожно, чтобы меня не ударить, делай взмахи... Не так сильно ударяй по воде... , плавнее загребай.

Мария уже не держала его, он грёб, подчиняясь командам и поддержке Айгуль. Супруга плыла спереди, потихоньку исправляя его промахи, показывала, как нужно держать ладони, как вводить их в воду, как поднимать для следующего гребка. Уже и Айгуль перестала помогать, плыла рядом готовая к помощи. До противоположного берега осталось всего пару метров, когда супруга встала на ноги. То, что под ногами такая мелкая глубина, поразило мужчину. Он так же встал на ноги — вода едва скрывала колени.

— Ух, ты! А мне понравилось... До камня больше расстояние?

— Разов в пять... — Вспомнила Маша.

— И глубина больше. Но я буду рядом. — Айгуль творила чудо. Откинув голову назад, собирая волосы в пучок, дразнила поднятием рук вместе с грудью. Тепло в районе паха напомнило о том, что он самец. А самка-проказница видимо знает, что это волнительное зрелище — колыхание желёз, отставленная чуть назад нога и засасывающие темнотой глаза, временами озирающие его.

Супруга легла на траву, закинула руки под голову и также смотрит на женщину. Проказница решила добить их:

— Маша, как считаешь он достоин награды... ? Это ведь большое дело научиться плавать.

— Надо купить жетон и сделать надпись...

— Миша, ты согласен на жетон?

— Какие варианты?

— Поцелуй женщины... ! Маша, поцелуй его.

Маша уже понимает, что далее последует игра, на четвереньках приблизилась к супругу, оставив на его устах капли слюны, отстранилась.

Амазонке понравилось самой руководить эротической забавой. Сейчас, здесь, родилась совершенно другая особь, чувствовавшая своё превосходство в игре. Она закрыла собой светило, зная, как эротически смотрится её силуэт на фоне сверкающего озера. Посыл команды другой самке:

— Маш, вот этот твой чмок абсолютно не адекватен подвигу. Поцелуй ЕГО. — Айгуль присела, глазами указала на НЕГО.

Михаил сходил с ума от этого тембра, от ореола вокруг силуэта. Её команда супруге вообще ошеломила. «Поцелуй гениталий? Решится ли супруга? А если не решится? Поцелует ли Айгуль? Маша! Не надо! Не смей!»

Знакомые ладони поднимают пенис от живота. Член дёргается, начинает жить самостоятельной жизнью. Губы Маши покрывают головку до венца, слегка всасывают. Владычица уже находится рядом, всматривается КАК губы облегают головку. Неудовлетворённая исполнением, надавливает голову супруги вниз. Маша шире раскрывает рот, пропускает часть ствола...

— Зубы спрячь... , ему может быть некомфортно от них. Яички приподними ладошкой. Языком ласкай головку по извилинам и венам. — Указания даны. Сама владычица подставляет свои уста для губ мужчины. — Хочешь влаги? — О какой влаге идёт речь мужчина понимает, только после своего кивка и накрытия лица гениталиями Айгуль.

Для женщины это уже пройдённая ласка, она знает насколько низко нужно присесть, чтобы мужчина не задохнулся. Её отвлекает прекратившаяся фелляция.

— Маша, хочешь также? — «Угу» супруги не радуют мужчину, но находясь во власти госпожи, он молчит. Ждёт смены женщин над лицом.

В лоне супруги влаги накопилось больше, поток хлынувший из него буквально залил рот Михаила. Проводя ладонью по пенису, владычица рассматривает его при ярком свете. Он меньше изношен, не такой как у Егора. У любовника головка имеет крутой, как у авианосца «взлёт», шкурка не мешает залезть языком под венец. А здесь придётся, как при минете Юрику, оттянуть крайнюю плоть, чтобы окончательно облизать венец. Если у её постоянных партнёров головки пениса раскрашены несколькими цветами, то эта плешь равномерного блекло-розового оттенка. От уздечки к мошонке также нет коричневатого «шва», явно заметного на крупном органе Юрика.

Айгуль и сама не заметила, как поглотила орган мужчины. Да и калибр, настроенный на фелляцию Егору оказался большим по диаметру. Стон мужчины порадовал — значит понравилось. Айгуль ведь не знает, что мужчина впервые испытывает оральные ласки. Маша также издала стон наслаждения. Начавшиеся сокращения ягодиц мужчины, напомнили Айгуль о «трагедии» с первой «молитвой» Юрику.

Женщина чуть придавила кокушки, как ей подсказала Ульяна. Толи мужчине было приятно, толи действительно больно — стон был громче. Айгуль накрыла пенис влагалищем. Маша отползла в сторону, оперевшись о локоть, всмотрелась в глаза любовников. Хотя глаз женщины, скрытых в тени, не видно, но прикрытые веки сообщают о вслушивании во фрикции. Глаза мужа блестят, как блестели в первые соития по молодости.

Мужу видимо тоже захотелось посмотреть в глаза Айгуль. Перекатившись на бок, затем на женщину, принялся таранить лоно. Неприличные звуки, исходящие из женского организма, напомнили Маше о своём «пердеже» под Юркой.

«А где он кстати? Спит. Поплыть к нему? Устроить ему самому взрыв?»

Но победило желание посмотреть, как муж сношает азиатку. Устроит ли он такое же соитие как Юрик с ней? Михаил долго не продержался — застонав излился. Или азиатка более выносливая или муж не такой самец.

Супруг лёг рядом с Айгуль, похлопал по траве, приглашая супругу под ауру секса.

— Какие люди пойдут с нами ночевать? — Совсем не уместный вопрос, оглашённый Михаилом, поразил обеих женщин.

«Что у тебя на уме? Не всё ли тебе равно, если я буду рядом?» — Две женщины подумали одинаково.

— Смотря какое у них настроение. Иногда по восемь человек ночует. Иногда всего трое... О! Юра проснулся. Поплыли назад... Мы рядом, помни.

***

Взрывное соитие произошло за час до обеда. Маша как раз ополоснула тело от дорожной пыли, сушила волосы феном. Михаил разговаривал по телефону. Юра, облачённый в халат, вошёл в их спальную, расстегнул свой халат — член блестел чем-то скользким. Маша еле успела выключить фен, как оказалась на кровати.

Пружина желания взвилась, охватывая тело любовника конечностями. Михаил выключил мобильник, всё шире открывая рот, смотрел на удивительно быстрые фрикций парня. Он обратил внимание, что супруга потеряла связь с реальностью, что-то вскрикивала, переводя слова в монотонный вой, заглушающий нескромные хлюпанья из вагины и выход газов из кишечника. В воздухе появились неприятные запахи. Глаза супруги были открыты, но зрачки смотрели вовнутрь черепной коробки.

Любовники распались как мокрые дождевые черви. От них исходили жар, вонь блуда, громкие вздохи и хлюпанье слюны в горле. Впервые Михаил захотел вкусить все эти чувства — обжечься, обваляться в амбре, так же задыхаться от нехватки кислорода. Это развратная женщина манила его, слала телепатемы его фалдусу — Восстань! Вонзись! Извергни!

Маша была изнасилована собственным мужем. Она не желала стирать ощущения от взрыва, отталкивала супруга, умоляла оставить. Её! Взрыв! Юрика!

Двое мужчин повели Машу в помывочную. За обедом она вяло кушала, не откликалась на шутки мужа, который в отличие от неё светился всеми чувствами. Обещал повторить зачатие через два года. Так и сказал — «Сначала няньку, потом ляльку» имея в виду первой девочку.

   

   
   

   

   

   
© Lovecherry.ru. Все права защищены!